— Не догадались? Чтоб получить награду, — спокойно ответил Дик. — Хотя бы частично.
— Это ловушка? — стражник беспокойно дернулся, заметив входящего во двор молодого бродягу. — Чего вам надо? Если мундир, то добровольно не отдам! С меня потом командир гарнизона три шкуры сдерет!
— А если ключ от города? — насмешливо спросил Адамар. — Поможете? Да не волнуйтесь, я безоружен и говорил вам правду. Вы только сделали неверный вывод, будто я предаю своего брата, чтобы получить премию. На самом деле, это Дик позвал вас. Я только передал приглашение.
— Зачем? — стражник перебегал глазами от одного мальчишки к другому и решительно не понимал их. А, не понимая, что происходит, солдат нервничал. Ведь он действительно прямой человек, не одобряющий игры честью. — Что вы задумали?
— Сдаться, — просто ответил Дик. — А что бы вы сделали на моем месте? Но мне нужны деньги. Поэтому решил выбрать того, кто, получив награду, поделит ее с моим другом и… Адамар, считаешь, на этого господина можно рассчитывать?
— Не знаю, но там лучших не нашлось, — весело откликнулся бродяга. — Он не так молод, а всего лишь рядовой гвардеец. У него шестеро детей, думаю, награда ему не помешает?
— Если это зависит от меня, то вы ее получите, — вежливо заверил Дик. — При двух условиях. Согласны?
— Если мне не придется совершить что-нибудь… — напряженно начал стражник.
— Ручаюсь, ваша честь не пострадает, — Дик отвел меч и протянул руку: — Слово рыцаря.
Стражник, не глядя в лицо детям дороги, пожал им руки.
— Что я должен сделать, чтобы заработать эти триста золотых? — теперь солдат чувствовал себя предателем.
— Триста пятьдесят, — сухо поправил Дик. — Сдать меня властям так, чтобы добиться получения награды за поимку преступника. Вам лучше знать, насколько честен ваш городской совет, поэтому предоставляю вам свободу действий в этой части плана. Получив деньги, вы должны разделить их с Адамаром и, надеюсь, вы не заявите о краже и не будете его преследовать каким-либо способом, сами или с помощью своих сослуживцев, а напротив, позаботитесь о безопасности моего друга. Но по-настоящему вы должны помочь в том, что случится после. Честно говоря, сомневаюсь, что после моего ареста заложников отпустят. У меня есть основания для беспокойства?
— Пожалуй, да, — неохотно признал гвардеец. Он решительно, теперь уже сам протянул руку Дику. — Я помогу вам. Если вы заботитесь о невиновных детях, это похвально.
— Сколько человек арестовано?
— Восемьдесят два. Точно знаю, потому что сегодня утром привезли ещё двоих мальчишек. И они выглядят моложе вас.
— А скольких точно отпустят?
— Предполагаю… около двадцати. Что остальным вернут свободу, не ручаюсь. Но что я могу сделать?
— Во-первых, постараться, чтобы заложников отпустили раньше, чем переступлю порог тюрьмы. А во-вторых, если придется, вы с Адамаром устроите им побег. Трех с половиной сотен золотых должно хватить. Вы обещаете позаботиться о заложниках?
— Слово солдата.
Дик с улыбкой покачал головой, словно говоря, что этого мало. Стражник нахмурился.
— Даю слово Кристена Ольвера и клянусь здоровьем моих детей, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы те, кто арестован вместо вас, получили компенсацию и свободу.
— Верю, — Дик протянул стражнику свой меч рукоятью вперед. Адамар так же подал гвардейцу собственное оружие, которое Ольвер выронил под аркой. — Именем городского совета я арестован. Дальше.
— Я вынужден связать вас, — страж города снял с пояса всегда висящий там рядом с флягой моток тонкого шнура. — Будем считать, я в самом деле нашел вас спящим в этом дворике. Вы не сопротивлялись, не успели. Послушай, как тебя… Адамар, иди на улицу Светлячков, там есть небольшой красный дом с синими ставнями. Скажешь жене, чтоб накормила, и что Кристен, то есть я, просил подождать его дома. Прощайтесь.
— Удачи, — кивнул Дик. — Наших не отпускай по одиночке. Идите вместе, пока дороги не разойдутся.
Адамар молча коснулся рукой его плеча и отступил, давая дорогу гвардейцу и его пленному. Во взгляде рыцаря он заметил искру иронии и понял, что показалось смешным Дику. Как переменились их роли. За половину суток, от знакомства до прощания, они оба видели друг друга уходящими в сопровождении охраны. Но здесь город, и криком филина тут делу не поможешь.
До городской военной тюрьмы, что находилась в крепости гарнизона, идти примерно четверть часа. Но Дик ещё не скоро переступил порог камеры. Солдат Кристен Ольвер сперва заглянул в караулку, вызвал своего тестя и оставил Дика под его охраной, намекнув, что дело строго секретное и, возможно, прибыльное. Тесть Ольвера, десятник, располагал собственной крошечной каморкой возле общей караулки. Туда он привел ценного пленника и не сказал с ним и двух слов, пока не вернулся гвардеец. А ждать пришлось долго. Кристен прихватил с собой меч Дика и отправился прямиком к отцам города.