— Дик! Подожди…
— А, вот ты где! — Дик узнал знакомого странствующего артиста. — Здравствуй! Искал вас. Но больше рассчитывал сначала услышать, чем увидеть. У тебя не слишком веселый вид. Что случилось?
Марик смущенно потупился:
— Прости. Я знаю, кто ты. И очень глупо себя чувствую, что не поверил тогда.
— Что меня выдало?
— Рагонда. Она единственная догадалась посмотреть на твой меч. Остальным, особенно мне, это и в голову не пришло. Я мечтал встретить тебя, но не предполагал, что это окажется так просто. Не представляешь, что я теперь чувствую.
Дик засмеялся:
— А мне легко слушать все восхваления "великого рыцаря"? Мечтал куда-нибудь провалиться, чтобы не нашли!
Марик заулыбался, сквозь густую челку глянув на Дика. Тот хлопнул приятеля по плечу, мол, нормально всё, хватит страдать. Марик быстро обрел привычную живость и весело рассказывал Дику, какие лица будут у остальных, едва они узнают… Потом вдруг остановился, снова погаснув:
— Столько всего хотел у тебя спросить… А теперь и сказать нечего. Все мысли вылетели, голова пустая, — пожаловался он.
— Естественно. Ведь хотел спросить у такого, кого ты себе представлял, у героя! А теперь знаешь, что сам такой же мальчишка, как ты, вовсе не в "высоком смысле".
— Про изгнание и королевскую охоту это правда? — тихо спросил Марик.
Дик кивнул, помрачнев. Но тень быстро сбежала с его лица.
— И ты говорил мне о преимуществах нашего положения уже после этого? — скорее, сверяясь сам с собой, переспросил Марик. — Тогда ясно… А что чувствуешь, когда умираешь?
— Наверное, все по-разному, — усомнился Дик, что может служить примером в таком вопросе. — С драконом тогда удивился: "Неужели это всё? Дальше!.." Не верилось, что это конец, и в то же время хотелось покоя.
— А когда шел в Огненный круг?
— Ничего не думал. Было интересно. То же чувство, с которым летишь по спине дракона на ярмарке. Тор сказал, что выживу, если захочу. Поверил ему.
Марик спросил, Дик уже записал свое имя для участия в турнире? У него есть место, где готовиться к бою?
— Послушай, рыцарю ведь нужен помощник? — сообразил Марик.
— Если доспехи железные, то помощник не помешает, конечно. А мне-то зачем?
— Чтобы объявлял тебя перед боем! Чтобы помочь уйти с поля, если тебя ранят…
— У нас один шатер на всех, помогут… Личный герольд мне точно не нужен. Но идем, придумаем что-нибудь. Только при одном условии, Марик. Чтоб без этих твоих фокусов! "Ах, угадайте, что летит быстрее: слава нового доблестного рыцаря или его конь, тем более что коня у него сроду не было?!" Меня объявляй прямо, без выкрутасов, с остальными — как хочешь, ясно?
— Хорошо, я не буду, — насторожился Марик, не зная, что последует за этим. Дик повел его сквозь толпу прямо к знаменам, в тот сектор, где собрались главы турнира.
— Трим!
— Чего тебе? Устроился хорошо? Список соперников видел?
— Нет ещё, — отмахнулся Дик. — Возьмите Марика объявлять турнир, не пожалеете!
— Такой цыпленочек? — обернулся самый высокий герольд. — Он сорвется через пару минут! Даже писка не будет слышно. И ещё недельки две говорить не сможет.
— Не сорвется, проверьте. Его прозвище Золотое горлышко! — Дик подмигнул другу. Марик исподтишка показал ему кулак. И пошел навстречу своему шансу.
— Где ты выступал? — деловито спросил полный герольд пониже, с густым мощным басом.
— На площади.
— Объяви, чтобы благородные рыцари шли сюда. Пора тянуть жребий. Сможешь?
Марик оглянулся, увидел возвышение для герольда, выше ложи, в которой расположились судьи турнира, и мгновенно взбежал туда.
— Слушайте, слушайте, добрые гости Большого турнира! — звонко провозгласил он, не волнуясь и не смущаясь. — Начинается жеребьевка! Пришел час благородным рыцарям выбрать себе противников! Совет турнира просит всех участников подойти к главной ложе и достойно встретить свою судьбу!!
Голос Марика неожиданно врезался в шум толпы, и, услышав его, все притихли. И потом его клич летел свободно, в полной тишине. Опытные герольды многозначительно переглянулись. Глашатай лесного государя протрубил сбор, а Марик спустился с возвышения.
— Будешь вместе со мной объявлять имена соперников в первом круге, — басом сказал толстый герольд. — Там посмотрим, надолго ли тебя хватит.
— Чур, я объявляю тех, кто в братстве! — быстро заявил Марик, ничуть не стесняясь.
— Ну, это уж…
— Да, — сказал Трим, моментально обернувшись, хотя казалось, он беседует с Целистом и не слушает профессиональные споры глашатаев турнира. — Если Дик ручается за него, возьмем. Хороший голос. Не надрывается, но всё слышно. Кроме того, в этом году символично, если объявлять будет мальчишка.