— Падай, — беспечно позволил ей Дик. — Что ты всё время дразнишься? Что такого ужасного сказал вчера про переход?
Мила взяла себя в руки и стала серьезной.
— Отвечай, только честно! Ты раньше-то бывал в трактире?
Дик молча с улыбкой двинул бровями, догадайся, мол.
— Ясно. Но это невероятно! Ведь у нас о тебе столько рассказывают! И… только не обижайся, Дик, я не всему верила. Думала, что некоторые истории ты придумываешь сам. Знаешь, есть такие трактирные рыцари! Только сидят под крышей, пьют и рассказывают каждому, какие они славные герои. Может, из хвастовства, а может, в шутку. А ты не мог сам передать ни слова, потому что не умеешь! Это ужасно… Значит, наш дом — твой первый трактир? Именно наш?.. А ведь я теперь знаю, то, что говорят, правда…
— Да что говорят? — возмутился Дик. — Выдумывают всякую чушь!
— Историю про дракона сочинить легко, а вот следы от его зубов сочинить труднее, — со взрослой умудренностью и умением различать правду ответила Мила. — Благосклонность к себе Трех принцесс может сочинить каждый, а вот их герб на мече… Ладно, я тебя научу. Трактиры строят только в тех местах, где рядом нет переходов. Специально, чтобы создать убежище. Единственное исключение, легендарное "Колесо"[1]. В него можно попасть, даже не будучи странником, переступив любой порог. Но только, если тебя туда позовут. На общий совет или на бал, понимаешь?
А эстафета — совсем просто. Это почта нашего братства. Зайди в любой трактир или спроси любого человека из братства, что передавали для… и называй имя. Свое, или того, о ком хочешь узнать. Или сам передай что-нибудь. Мы ведь пересказываем друг другу сведения о тех местах, где бывали, и о людях, которых встретили. И слухи по дорогам разлетаются очень быстро.
— Знаю. Но не понимал, как это. Думал, стихийно, как ветер.
— Скорей, как волна. Они катятся, одна догоняет другую и передает ей свою силу. Ты видел море?
Дик покачал головой. Мила вздохнула:
— Я тоже нет. Но хотелось бы. Я о нем много слышала. На будущий год, весной, поеду на Большую ярмарку в Город. А оттуда до моря два дня пути. На лодке быстрее.
— А что для меня передавали по эстафете?
— Ничего. Я ещё удивлялась. Говорили "о тебе", а не "для тебя". Всякое рассказывали. Что ты говорил с драконом, а потом… перехитрил его, — Мила нахмурилась. Слова звучали настолько неправдоподобно, что стыдно повторять.
— Было, — кивнул Дик.
— Что ты умер, и Келлерлиса оплакивала тебя три дня, а потом ты вернулся.
— Было.
— Ещё всякое. Что ты никому не уступаешь дорогу, что в тюрьме комендант умолял тебя убраться оттуда, а ты — ни в какую! И пока они всех не выпустили, ты не давал им покоя.
— Было, — Дик ещё ниже опустил голову, пряча лицо.
Юная трактирщица смотрела на него со смесью изумления и восхищения.
— Зачем за тобой гнались?
— Чтоб поймать, — пошутил он. — Честно, не знаю. На заставе, в воротах маленького городка, меня пытались задержать как мятежника. По объявлению о розыске. До этого в лесу уже столкнулся так с патрулем. Еле-еле сбежал.[2] Повторения не хотелось. Не разбираясь, что к чему и за что, дал дёру. Думал, благополучно. До вечера успел пройти много, и погода ясная. А как стемнело, они появились, словно так от ворот и гнались за мной. Наверное, приличная награда обещана, если четыре часа потратили на погоню и ещё столько времени здесь переворачивали дома. Интересно, кто такой щедрый? Несколько раз переходил реку, пытаясь уйти от них, но гвардейцы не отставали. И, главное, местность — одни камни и равнина! В лесу бы запросто спрятался…
— А переходы?
— Да что в темноте разглядишь? — отмахнулся Дик. — На их поиски и днем не всегда время есть. Стрелы летели тучей, но для доспехов они не страшны, голову задела только одна. Это копье, которое меня чуть не убило, меня и спасло. Упал, они не заметили.
— Смешно, — мрачно кивнула трактирщица. — Дик, почему ты раньше не заходил в трактиры?
— Там слишком много людей собрано в одном зале. А где ни появлюсь, начинаются неприятности. И вообще, не люблю ночевать под крышей. Пока лето… — Он нахмурился: — Когда добываю еду в селениях или в лесу, у пастухов или лесников, стараюсь поменьше болтать. Не думал, что с людьми из братства это так же весело, как в тюрьме! Не обижайся, но там было время на разговоры. Мне здесь хорошо…
— Как дома?
— О, нет! То есть… да, как там, где должен чувствовать себя как дома.
— А как тебе понравилась страна фей? — мечтательно спросила Мила.
— Тоже весело и много народу. Но тяжело. Они все чужие. И для них я всегда самый младший. А для многих других всегда старший.