[7] (прим. Лины) Теперь я наконец понимаю, что смысл Братства Дороги в том, что дорога у нас всех общая. Каждый на прощанье может предсказать судьбу своему брату (или сестре). Надо только сказать первое, что придет в голову. Это всегда оказывается ценным пророческим предупреждением. Потому же, расставаясь, все желают друг другу удачи и счастливой дороги. Это — благословение братства, а не просто слова.
Глава 13. Чёрная башня
История десятая, о том, как Благородный Дик дважды отклонил приглашение в черную башню и явился в нее нежданным
Ранним утром, когда туман от реки ещё стоял над полями, Дик спросил у пастуха дорогу на Горностаи. Хутор оказался недалеко, всего за двумя холмами на опушке леса. Черные еловые леса и холмы в Глинладе повсюду. Дик прибыл в это северное королевство вчера и провел ночь в лесу, изучая обстановку. Глинлад не участвовал в войне, жизнь тут текла размерено и тихо. Городов нет вовсе, только редкие замки мелких баронов и прочей знати. Люди селились крошечными хуторами по две-три семьи и жили в основном рыбалкой, лесной охотой да держали для себя кур и коров.
Во дворе деревянного дома крепкая девушка с двумя светлыми косами, переплетенными хитрым узлом, кормила кур. Дик пожелал ей доброго утра.
— Горностаи это здесь? Мне нужно увидеть Силану.
— Надеюсь, господин не станет сердиться, если придется немного подождать? — вежливо присела в реверансе молодая крестьянка. — Силана ещё спит. Но если прикажете, я немедленно ее позову. Надеюсь, она не натворила ничего ужасного? — девушка с опаской косилась на меч Дика.
Он поправил ножны и улыбнулся:
— Вам нечего бояться. Не слуга короля, а всего лишь странник. У вас есть в доме мужчины? Спрашиваю, потому что могу помочь по хозяйству, если требуется.
— А… — радостно сообразила девушка. — Да, пожалуйста, помогите. Нужно нарубить дров, а отец и Роби, наш работник, ещё третьего дня ушли в лес. Знаете, путешественники в наш край редко заглядывают.
— Что же у вас такое творится? — удивился Дик. — Строгие королевские законы? Не похоже. Может, вы не гостеприимны? Не сказал бы! Пока видел в Глинладе мало людей, но все очень приветливы. Если к вам ведут дороги, отчего же на них нет бродяг?
Девушка вздохнула и смущенно потупилась, извиняясь перед гостем за их глухой малонаселенный край, где нет ничего интересного.
Пока Дик нарубил дров и натаскал воды из колодца, он узнал, что девушку зовут Ална и живут они здесь впятером: ее мать, маленькая сестренка Силана, сама Ална, их отец и единственный работник Роби, который не прочь остаться с ними в качестве зятя. Год назад их тоже было пятеро, но тогда с ними жил Алан, их средний брат. Он пропал, и отец взял в дом Роби, чтобы помогал ему в лесу и вообще, по дому.
— Это печально, но всё-таки спрошу: куда делся ваш брат? Ведь не растворился он в воздухе?
— Ушел с друзьями на реку, — вздохнула Ална, не прерывая работу, — и не вернулся. Все трое не вернулись. Утонуть не могли. В осенней холодной воде они вряд ли полезли купаться. Да и плавали все отменно, выросли на реке. Думаем, ушли в лес и заблудились. Или медведь съел.
— Разве ближайший лес не знаком им с детства? — удивился Дик. — Как могли заблудиться?
— О, у нас такие леса, — махнула рукой девушка. — По одиночке даже опытные охотники пропадают.
— Сам провел нынешнюю ночь в вашем лесу, — Дик слегка хвастался. — Ничего ужасного не заметил.
— А вы слышали стон и плач, господин? — пополам с испугом и любопытством спросила Ална.
Дик пожал плечами:
— Думал, это кричала птица.
— Может и так оно, — задумчиво сказала девушка. — Только раньше не водилось у нас таких птиц. Идемте в дом, завтрак готов.
— Считаете, заработал?
— И даже обед, господин. У нас редко бывают гости. Расскажите, пожалуйста, как идет жизнь там, в большом мире…
Дик сидел на кухне, где высилась огромная печь и слишком большой для них троих деревянный стол. Мать Алны испекла свежий хлеб, сварила на завтрак картошку и подала сушеную рыбу, типичное лакомство здешних мест. Очищенную рыбу жарили целиком на специальных решетках, ее кости от этого становились рассыпчатыми, как мел, и съедались полностью, а мясо тянулось нежными волокнами и таяло во рту. Дик сдержанно рассказывал о Восточной войне и догрызал хвостик рыбы, хозяйки ахали, когда на кухню спустилась малышка в длинной белой сорочке. Она зевнула и протерла глаза, а потом заметила Дика. Точнее, сперва заметила в углу меч в узорчатых ножнах. Сон мгновенно слетел с нее, девочка ринулась к столу и обхватила Дика двумя руками.