Несколько минут Дик ждал, но потом его охватило сильнейшее беспокойство. Он думает, что Моргана рядом, рукой подать, спокойно сидит за стеной. А вдруг она обернется птицей и улетит? Вдруг превратится так, что он не узнает ее? Потом ищи ее по всей крепости! Дик не мог больше бороться с тревогой и оставаться на месте. Держа наготове меч, он осторожно заглянул в комнату, куда скрылась старушка.
Комната была пуста. Дик поднял голову, проверил, здесь ли свободные полки? Да, место то, что нужно, но колдуньи не видно. Осторожно Дик переступил порог и сделал ещё шаг к центру.
В тот же миг дверь позади него с треском захлопнулась. В замке повернулся ключ. По углам, точно сквознячок, прошелестел тихий женский смех. Казалось, он двигался. Дик вертел головой, прислушиваясь к колебаниям воздуха, понимая, что он в ловушке. Из солнечного света против окна соткалась высокая стройная фигура, ничем не напоминающая сгорбленную старушку. Молодая дама с вьющимися черными волосами в темном платье и багряном плаще, украшенном золотым шитьем, выросла перед мальчишкой. Лицо разглядеть трудно, его скрывала густая тень. Только огромные глаза и жемчужная улыбка поблескивали, когда она заговорила.
— Я давно ждала тебя, мальчик. Но ты обманул меня! Не откликнулся, когда я звала тебя ночью, не пришел, когда приглашала днем, а явился нежданным. Но, главное, ты здесь! Добро пожаловать в мою крепость, рыцарь! Я — Моргана, дочь магии. Прибыла сюда из далеких северных земель, поблизости Альбиона. А кто ты?
— Дик. Пришел потому, что призвание велит мне вступаться за всех, нуждающихся в защите, особенно за детей. А вы похищаете их, причиняя горе семьям, заставляя жить в постоянном страхе, разлучая родных… Прошу вас прекратить бесчинства.
— Как ты сможешь мне помешать? — зубы Морганы снова блеснули сквозь тень.
— Прошу вас, — повторил Дик. — Но если недостаточно моей просьбы, ее подтвердит мой меч!
— Ты ребенок. Я не могу сражаться с детьми. А со взрослыми рыцарями у меня разговор короткий, — она величественно повела рукой в сторону полок уставленных черепами. — Тебе нравится моя коллекция?
— Как вам это удается? — нахмурился Дик.
— Побеждать мужчин?
— Нет, не перепутать такое количество комнат. И держать в порядке столько черепов. Вы ведь переезжаете с места на место, верно?
— Да, в Глинладских лесах я живу третий год. Это самое длительное пребывание на одном месте, какое я до сих пор могла позволить себе, — с удовольствием сообщила Моргана. — Рано или поздно люди догадывались, куда пропадают их детки, и тогда шли на приступ моего замка. Приходилось бросать всё и улетать прочь, прихватив самое ценное. А здесь хуторяне такие тихие и покладистые! Они готовы платить мне дань ещё сотню лет! Да, коллекция — моя гордость. Перевозить ее и устанавливать заново с годами не так легко. Но, видишь ли, мальчик Дик, я могу видеть лица на этих полках, а не только пустые кости. Я помню каждого…
— Такое внимание к сотням тех, кого вы убили? Удивительно! — сухо рассмеялся Дик. — Вы чувствительная особа, госпожа ведьма! Или их лица не дают вам спокойно спать по ночам, что вы стонете и летаете по всей округе?
— Глупый маленький мальчик, — мягко покачала головой ведьма. — Разве ты мог бы помнить в лицо все конфеты и яблоки, какие съел? Я помню каждого... Лица и голоса и последние слова, которые они говорили… потому что каждый из них клялся мне в вечной любви. И никто не солгал! Они все теперь навеки со мной! И последнее, что видели их глаза — я!
— Так поэтому вы убиваете только неженатых мужчин! Вам нужны те, чьи сердца свободны! — Дик обрадовался своей догадке, а колдунья нахмурилась. Этот приступ веселья ясно говорил, что в мальчишке нет страха, несмотря на то, сколько доказательств от предшественников, потерпевших неудачу в бою с ней, Моргана только что предъявила. Но следующий вопрос не понравился ей ещё больше.
— А что же дети? Не поддаются вашим чарам? В таком случае, госпожа, мне на роду написано победить вас! Если хотите знать, мое сердце тоже свободно. Но сам не из тех, что теряют голову от таких, как вы!
Колдунья внимательно смерила его взглядом, с сожалением вздохнула и отвернулась. Она подошла к смотровой площадке и устремила свой взор за окно.
— Едва ли ты заметил, но выйти отсюда ты сможешь только по моей воле. Ключ с другой стороны двери, я ведь всё-таки чародейка! Но зачем нам сражаться Дик? Я давно ищу того, кто бы устоял перед моими чарами, не испугался меня и, со временем, возможно, полюбил… Вдруг тебе на роду написано победить меня другим оружием, не мечом?..[2]