– Черт… Тим… Ты видишь его, – шепнул Грегори.
– Кого? – мертвец стоял за его спиной, но, кажется, не видел незнакомца.
– Того мужика с фотоаппаратом, – он обернулся к Тиму и тут же обратно, но фотограф исчез.
– Похоже, у тебя поехала крыша, раз ты видишь несуществующих людей.
– Но…
– Кроме меня, мудила, – воскликнул Тим. – Я очень даже существую! Иди уже!
Грег на онемевших ногах пошел к машине, пробравшись через дыру в заборе. Под приборной панелью он вдавил прикуриватель и пошел к багажнику, чтобы найти что-нибудь для розжига. Щелк. Новый приступ головной боли: жирная кровавая пиявка извернулась между извилинами его мозга, пожирая оболочку. Руки затряслись. Грегори уже не понимал, что он ищет. Паническая атака захлестнула его в тот момент, когда он захлопнул крышку багажника.
Фотограф стоял в нескольких футах от него, за металлической сеткой забора. Он по-прежнему не двигался, приложив кончик оттопыренного указательного пальца на кнопку, готовый в любую секунду спустить затвор. Грегори упал на колени, спрятавшись за машину, он обхватил голову в безуспешной попытке унять головную боль.
– Кто ты такой?! Что тебе нужно, – в панике закричал Грег.
– Ты чего орешь, обмудок?! – Тим склонился над ним.
– Он здесь! Фотограф!
– Здесь только мы с тобой! Боже! Завали свою глотку, больной ублюдок! Тебя могут услышать!
Грегори завалился набок и обнял свои колени, слегка раскачиваясь, как маленький ребенок.
Щелк.
Гарри Гилберт тащил огромные сумки в подержанный зеленый фургон под крики Джимми Фуллера. На кузове желтыми буквами был нанесен свежей краской через трафарет логотип жука-носорога с крестиками вместо глаз. Над ним надписи «Инсектопия: уничтожение паразитов».
– Гарри, твою мать! Перестань волочить сумку! Там хрупкое оборудование! – взревел Фуллер вспотевшему, как портянка, Гилберту.
– Я думал, ты продал эту хрень… – ныл Гилберт. – Мы же сперли его еще два месяца назад…
– Не смеши меня, Гарри: ты и «думать» – это два непересекающихся понятия. Поэтому грузи, мать твою, сумки и не ной. Франклин и Джо должны приехать с минуты на минуту.
– У меня все еще болят пальцы и нога… Вообще, к чему весь этот спектакль, Джимми?
За дверью гаража послышался звук мотора. Фуллер подошел к выходу и стал тянуть цепь вниз, открывая ворота. Видавшая виды малолитражка с заржавевшим кузовом заехала внутрь. За рулем сидел Франклин Бёрд – не примечательный белый парень со слишком глубокими залысинами для своего молодого возраста. На пассажирском сидении – Джозеф Маруни – невысокий итальянец, возомнивший себя гангстером из крестного отца, но слишком далекий от киношных образов в реальной жизни.
– Джимми, мальчик мой, – воскликнул Джо, выходя из машины.
– Я старше тебя на 19 лет, Джозеф, – снисходительно улыбнулся Фуллер. – Давай обойдемся без твоей итальянской херни. Привет, Франклин.
– Здорово, Фуллер, – американец стиснул его ладонь стальной хваткой. – В багажнике униформа, которую ты просил.
– Ее шили в настоящем итальянском ателье, – поддакнул Джо. – Гарри, мой друг!
– Джозеф, будь любезен, – Фуллер указал на четыре складных стула. – Давайте я еще раз объясню нашу работу. Гарри, закинь уже чертовы сумки и…
– А почему «Инсектопия»? – спросил Франклин. – Идеальный мир для насекомых?
– О чем ты? – насторожился Фуллер.
– Это же название из двух слов «Инсек» означает насекомых, а «топия» – это окончания слова «Утопия», – рассудил Франклин.
– Ты лингвист или вор, Фрэнк? Какого…
– И жуки-носороги не являются паразитами, Джимми, – заметил Джо. – Многие насекомые не являются…
– Эй-эй-эй! Мы тут играем в «Самого умного»?! Мы обсуждаем дело, а не насекомых и…
– А если убитый нами таракан попадает в рай, его там ждет 70 тараканов-девственниц?
– Никто не попадает в рай! – рявкнул Фуллер. – Гарри, мать твою, двигай сюда свою жопу! Если еще кто-нибудь мне будет заливать про название и жуков – не получите противогазов!
Гарри наконец-то притащился к компании и уселся на стул. Прибывшая парочка переглядывалась между собой, давя смешки, но под тяжелым взглядом Фуллера сделали серьезные лица. Джим достал из малолитражки пакеты с зеленой униформой и логотипом «Инсектопии», раскидав в руки воров, оставив самый большой размер себе.
– Итак, джентльмены, через четыре дня у нас намечается интересное и крайне рискованное дельце. Наша цель – картина в частной галерее русского бизнесмена Юрия Омовича. Разведка доложила, что она находится в новеньком бизнес-центре Канари-Уорф и, самое важное, окружена всеми возможными охранными системами. Поэтому, – Фуллер выдержал театральную паузу. – Мы пойдем туда днем. Затем нам и нужен весь этот маскарад.