О каком убийстве говорил этот детектив? Бойл убил кого-то в его поместье? Этот мелкий бесполезный червяк, у которого даже рука не поднимется убить таракана. А если это так… и эта мразь сейчас с Оливией… От одной этой мысли у него наступала изжога. Что предложит детективное агентство Рэя Милта? Стоун снял трубку и набрал номер.
Пошли гудки. Первый. Второй. Третий. Четвертый. Терпение Николаса заканчивалось.
– Детективное агентство Рэя Милта. Чем могу помочь? – послышался из трубки слишком усталый голос.
– Сэр Николас Стоун. Вчера вы оставили моему подчиненному визитку. Вирджиния Уотер, – отчеканил Стоун.
– О, сэр Николас, как хорошо, что вы перезвонили…
– Вы сказали, что расследуете убийство. К этому как-то причастен Грегори Бойл?
– Вы необычайно проницательны, – после недолгой паузы продолжил детектив. – Но мое расследование еще не закончено. Мне нужно попасть внутрь Вашего дома…
– Хотите сказать, что Бойл кого-то убил в моем доме?!
– Как я сказал, у меня нет достаточных доказательств, чтобы стопроцентно это утверждать, мистер Стоун…
– Сэр, – поправил его Николас.
– Простите, – в трубке что-то булькнуло. – Если бы я мог осмотреть предполагаемое место преступления…
– Это поможет засадить его за решетку?
Собеседник замолчал.
– Милт? Вы меня слышите?
– Да, сэр.
– Что «да»? Ваше расследование поможет отправить его в тюрьму? – Стоун начинал раздражаться.
– Если присяжные сочтут улики и доказательства достаточно убедительными, то да, конечно…
– Тогда приезжайте в субботу, я буду Вас ждать к пяти часам, – договорил Стоун и бросил трубку.
Если этот детектив намерен собрать все доказательства, то с ним определенно по пути.
Темнело. Грегори пытался справиться со стрессом по старинке – купил бутылку виски и время от времени прикладывался к горлышку, шатаясь по людным улицам. Шум и алкоголь помогали немного абстрагироваться от Тима, провоцировавшего его на откровенные разговоры. Почти шесть часов назад он сбежал от репортеров в метро и просто бесцельно катался на поезде, пересаживаясь с ветки на ветку, пока мертвец не надоумил его позвонить в редакцию The Independed. Редактор долго не мог понять из-за чего на него орет Грег, а потом ответил: журналиста по фамилии Криспин в газете нет и никогда не было.
Вот тогда-то у Грегори и сорвало башню. Тим орал и верещал, что это тот богатый русский послал за ним своих людей. Чтобы забрать бабки и убить. Или чтобы следить за ним. А потом забрать бабки и убить. Или они никак не связаны с Омовичем и действуют самостоятельно.
Тупые гипотезы Тима настолько закрутили Грега, что оставалось только нажраться. И сейчас он шатался по улицам в дорогом костюме с выпущенной из штанов рубахой. По зову природы он ушел с улиц в тихий переулок недалеко от какого-то заведения. Расстегнул ширинку и начал мочиться на кирпичную стену.
– Решил показать свою истинную сущность, ссыкун. Ты хоть знаешь, где ты?
– Отвали. Просто закрой свою пасть. И не вздумай лезть в мою пасть…
– Кажется, в Дептфорде. Рабочие кварталы, вечер четверга… А ты тут щеголяешь в своем костюмчике…
– Завали свой чертов рот, вонючий мертвец.
– Я стал таким по твоей воле, если что. Думаешь, я хотел умирать, когда шел на дело? Чтобы ты проколол мне горло?
– Я этого точно не хотел, – заявил Грег, застегивая ширинку.
– Но ты это сделал! И теперь купаешься в деньгах…
– Похоже, что я купаюсь в деньгах, – Грег расставил руки, демонстрируя дорогой, но порядком помятый костюм. – Думаешь, я получаю удовольствие?
– А ты не этого хотел? Намалевать картинку, продать, жить, как гребаный баловень судьбы. Без нужды и сожалений…
– Нет, черт… я хотел написать шедевр… – последнее слово вышло с отрыжкой.
– Но для чего? Намалевать шедевр, чтобы что?
Грегори оперся лбом в стену, которую поливал минуту назад. Бутылка в бумажном пакете готова была выскользнуть из ослабевших пальцев и разбиться. К горлу подкатывала тошнота.