Ренар встретился с ней взглядом протискиваясь к эшафоту его как ему казалось остановившееся сердце на самом деле билось с бешенной скоростью, а предательски красные глаза непривычно щипало. Поздно. Уже было слишком поздно. Меч палача блеснул, отражая холодные лучи солнца. Все произошло за считанные секунды. Тело лиса оцепенело не в силах двинуться, кажется, в этот миг все звуки вокруг полностью пропали и было слышно лишь стук падения головы девушки. Этот короткий миг длился целую вечность будто время вокруг прекратило свой ход. Из ступора Ренара вывел почти оглушающий галдёж и ликование толпы. Чему они радовались? На смену тревоге пришла жгучая ненависть.
Сквозь галдёж толпы, до ушей Ренара донесся приглушенный разговор двух караульных:
— Слышал ещё что эту подстилку с тем человеком в одной камере держали. Филон, ну, тот который надзирателем в темнице служит, говорит лично её допрашивал долго она молчала, говорит крепкая была, — демон перешел на шёпот, а другой караульный с интересом приблизился внимательно слушая.
— Говорит, что переломал ей ноги только тогда она созналась что даже слугу своего убила чтобы тот не мешал ей бежать с этим человеческим выродком. — второй караульный наконец то тоже решил вставить свои пару слов:
— Поделом ей, нечего с людскими выродками якшаться. — стражник многозначительно хмыкнул, все еще говоря шепотом:
— Верно, поделом, поделом, слышал еще от другого надзирателя что Филон то даже забавлялся с ней! А той хоть бы что! Я бы на её месте сам себе голову отрубил! Ей то похоже видать понравилось! — мужчина расхохотался.
— А она вон почти весь месяц молчала бесила доходягу нашего, зато человека этого не заткнуть было, Филон ему и зубы выбил все, так тот все равно не унимался продолжал что-то бубнить! — караульный все никак не мог перестать смеяться.
Стоявший неподалеку лис еле сдерживал порыв вырвать им глотки прямо сейчас. Они заплатят за это стократно. Тело девушки унесли для отправки в императорский дворец откуда она родом, толпа начала расходиться Ренар же продолжал стоять у эшафота.
Этой же ночью, как только императорская свита отбыла, город разбудил звон пожарных колоколов, Ренар стоял возле деревянного поместья наместника, лис коснулся брусьев и под его рукой, дерево начало раскаляться пока в конце концов не загорелось.
— Пусть весь этот проклятый город сгорит дотла, забрав с собой гнилые жизни здешних тварей — лис с усилием прикрыл глаза. Выдохнув в попытке подавить яростное пламя злости, что неустанно бушевало внутри.
Закончив с этим Ренар, двинулся к темницам, где сейчас должен быть тот самый Филон, с которым ему очень не терпелось познакомиться. Идя по городу среди горящих домов Ренар, остановился напротив эшафота, на котором теперь красовались отрубленные головы тех самых караульных. Их языки были отрезаны, а головы нанизаны на собственные мечи. Спустившись в темницы. Ренар решил не тратить время на поиски тюремщика и просто позвал его:
— Филон! Филон! Скорее сюда! Город горит! — лис постарался сделать голос как можно более обеспокоенным. Долго ждать не пришлось. Из сторожевой вылетел запыхавшийся невысокий месхиец с безобразным лицом тот встревоженно подбежал к Ренару.
— Горим!? Пойдем скорее! — они быстро двинулись к главным вратам города. Ренар вел себя как ни в чем не бывало.
— Весь город горит наверняка опять людские лазутчики пробрались... Я слышал ты лично охранял тех, что сегодня казнили, похоже тебе скоро опять предстоит работенка… — лис наигранно посмеялся, но кажется месхиец не заметил в нем ничего подозрительного.
Филон с энтузиазмом принялся рассказывать новому компаньону о своих заслугах:
— Да лично занимался допросом этой шлюхи, молчаливая попалась сложно было разговорить. Я ей и ногти рвал и кости ломал! А ей хоть бы что! Не часто таких допрашивать приходится тяжелая работенка была.
Ренар плотно сжал челюсти пытаясь не выдавать своих эмоций, выходило явно скверно. Благо тюремщик похоже особо острым умом не отличался, и не замечая перемен в настроении собеседника продолжил: