Упав на пол, Эйас согнулась пополам, держась за живот. В глазах начало двоиться. Последнее, что она увидела, это ботинки мужчины, который шел в ее сторону.
Глава 10. Это моя вина.
Очнувшись, Эйас увидела незнакомый полок. Яркий свет резал глаза. Она не помнила, как оказалась в этом месте. Тревога и чувство вины перед наставником заставили её глаза вновь покраснеть от подступающих слез. Эйас впервые солгала своему наставнику... Плакать было нельзя. Господин Керэй не переносил этого, но вопреки её воле, слезы предательски наворачивались на глазах.
Эйас очень сожалела о том, что ей пришлось лгать наставнику, но она пообещала, что не расскажет о том, что виделась с мамой. Разрываясь между наставником и матерью, она не знала, правильно ли поступила, солгав. Учителя постоянно твердили, что благородные месхийцы не имеют права лгать, потому что это принижает их достоинство. Пусть она и не совсем понимала, что взрослые имели ввиду под благородством и достоинством, но сейчас ей казалось, что это было именно то, что она потеряла, солгав наставнику, что заботился о ней. Хоть иногда он и был с ней строг, но Эйас была уверенна, что это лишь потому, что она вела себя недостаточно почтительно. Да и ко всему прочему она часто совершала глупые ошибки. Неудивительно что наставник злился на неё...
Попытавшись встать, девочка с ужасом обнаружила, что не может пошевелить и пальцем. Оставалось лишь сквозь слезы смотреть на потрескавшийся потолок, размышляя о своем проступке.
Сердце замерло, когда послышались знакомые шаги. Подойдя к девочке, Керэй некоторое время безмолвно стоял, смотря на неё сверху вниз. Его холодный взгляд всегда казался девочке пугающим, но сейчас он не просто пугал, а вселял ужас, заставляя её маленькое сердечко колотиться с бешенной скоростью. Заметив это, мужчина улыбнулся.
— Тебе страшно? — Керэй взял фартук со столика, стоявшего рядом с кушеткой, неспешно надевая его.
— Знаешь ли ты, почему император именно мне поручил заботу о тебе?
Девочка неуверенно молчала, не понимая, к чему ведет наставник.
— Дионису интересно, будешь ли ты полезна в будущем. — голос мужчины казался веселым.
— А мне, как придворному лекарю, поручено как можно тщательнее изучить тебя. Тебе ведь рассказывали, что ты не чистокровная месхийка? Впрочем, неважно. Тебе стоит лишь знать, о том, что твое рождение чудо! Но, так уж вышло, что вокруг таких, как ты, ходит множество легенд... и мифов. Мне нужно лишь убедиться в том, что из всех этих легенд действительно правда. — видя абсолютное недоумение в глазах ребенка, Керэй раздраженно вздохнул.
— Я хотел отложить исследования до момента, когда твое тело полностью сформируются, но... он меня поторопил. В общем не вини меня. — нахмурившись, наставник принялся затягивать жгут на руке девочки. Закончив с этим, он взял со столика пилу.
— Для начала мы проверим, насколько хороша твоя регенерация. Тебе придется немного потерпеть. Будет больно. Если в тебе больше месхийской крови, то твоя регенерация не даст тебе потерять руку и умереть. Но если же в тебе все же больше от человека, то можешь винить в этом только собственную мать.
Эйас в ужасе посмотрела на пилу в руках мужчины, после с надеждой заглянув в его леденящие душу глаза. Из того, что сказал наставник, она поняла лишь то, что тот хочет что-то сделать с её рукой. Не выдержав такого шока, девочка лишилась чувств. Наставник же, подумал, что оно и к лучшему, поэтому спокойно принялся за работу.
Эйас пришла в сознание лишь через несколько дней. Рука была на месте. Несмотря на то, что, очнувшись, девочка совершенно её не чувствовала. Керэй сидел за своим столом, делая какие-то записи в дневник. Увидев, что его подопечная пришла в себя, он присел на край кровати, спрашивая её:
— Птенчик, как твое самочувствие? — увидев ужас, застывший в глазах Эйас при виде него, Керэй попытался оправдаться.
— Послушай меня. Возможно, ты ненавидишь меня и думаешь, что я ужасен. Но, всё не так просто, птенчик. Мне и самому не хотелось делать это...— видя, что девочка по-прежнему не реагирует Керэй начинал раздражаться.
— Как ты можешь во мне сомневаться? Разве заботился ли о тебе кто-то, кроме меня? — мужчина аккуратно убрал волосы с лица девочки.
Не выдержав, девочка заплакала навзрыд, прижавшись к руке наставника. Он действительно был единственным, кто заботился о ней эти годы. Эйас попросту не могла держать на него обиду. Керэй же, видя это, про себя усмехнулся, от того, насколько эта девочка была наивна.