— Если вы сможете помочь мне пройти к границе с нейтральной территорией, то я в свою очередь помогу вам пересечь эту самую границу в целости и сохранности и даже постараюсь обеспечить вам беззаботную жизнь там. Если вы, конечно, не против, побыть в роли пленника какое-то время — сказала девушка, скрепив руки в замок.
— Я против. — Отрезал Мируэль.
— Не собираюсь помогать сумасшедшей, — добавил юноша, быстро зашагав к выходу.
— Я не думаю, что выходить это не лучшая идея — обеспокоенно сказала Эйас, поднимаясь с кресла.
— Я не спрашивал твоего мнения тупая сука! — ответил парень, ускорив шаг.
Открыв дверь перед собой, он увидел поистине прекрасное зрелище. Запорошенные снегом деревья и разрушенные под натиском природы дома. Деревья прорастали сквозь фундамент и крыши домов, постепенно уничтожая остатки старого города. Шёл снег. В глубине леса за разрушенным городом виднелись очертания крыши Храма Солнца. Так и не успев насладиться этим прекрасным пейзажем, Мируэль оказался лицом в снегу. Выругавшись, юноша принялся барахтаться, пока не услышал незнакомый голос.
— Далеко собрался? — угрожающе тихим голосом спросил лис, заломив его руки за спиной. Вот же паршивая псина! Подумал про себя Мируэль готовясь к тому, что сейчас он расстанется со своей жизнью.
Следом за ними из здания выскочила месхийка.
— Прекрати! — крикнула Эйас, Ренару, однако тот её проигнорировал и только сильнее сжал руки пойманного.
— Ренар! Отпусти его сейчас же! — еще раз повторила девушка.
— Он только что попытался сбежать, нет гарантий, что это не повторится вновь. Я, просто обязан убить его, пока он не привёл нас к еще большим бедам. Мы и так из-за него зашли слишком далеко — возразил Ренар, свободной рукой занося над шеей юноши кинжал.
Подумав о том, что умирать здесь ему очень не хотелось Мируэль, резким рывком сбросил с себя лиса.
— Я не сбегу! — охрипшим голосом прокричал Мируэль, отползая дальше от разъярённого лиса.
— Естественно, ты не убежишь. Мёртвые ведь не бегают — раздражённо прошипел Ренар, отряхиваясь от снега.
— Ренар! Прекрати! — месхийка схватила лиса за руку, — Он же сказал, что не сбежит.
— Ты так просто поверишь его словам? Он убежит при первой же возможности — прорычал лис.
— Это приказ, — холодным тоном произнесла Эйас, опуская руку слуги. Ренара эта фраза, кажется, явно задела. Подавив обиду, он отдернул рукав, за который держалась девушка. Прежде она никогда ему не приказывала. Лис считал, что их отношения как минимум можно было считать дружескими. Но, услышав эти слова, он усмехнулся подумав, что возможно, все те двести лет так считал только он.
— Хорошо, как скажете. — поправив одежду, Ренар убрал клинок.
— Тогда идем внутрь — добавил лис, заходя в дом.
***
— Ты говорила, что мы сможем подойти к границе, если я побуду заложником? — спросил Мируэль у девушки разглядывая ее миловидное личико, которое никак не сочеталось с её холодным взглядом.
— Да, другой возможности пройти к границе, не привлекая ненужного внимания, у нас нет. Наш главнокомандующий находится на границе. Всех важных пленников положено доставлять к нему. Нам просто нужно без происшествий подобраться к границе, а там, если мы сумеем перейти на нейтральную территорию, нас защитят. — ответила Эйас, взяв с полки одну из пыльных книг, и вновь сев в кресло.
— Как ваше ранение? —поинтересовалась девушка, подняв взгляд с книги на юношу. С их первой встречи девушке смутно казалось знакомым его лицо. Рассматривая юношу, по непонятной для неё причине в сердце поднималась буря сложных и непонятных для нее эмоций. Отгоняя от себя эти мысли, девушка продолжила.
— Оно должно было более-менее затянуться.
— Все еще болит, но внешне от него даже и следа не осталось, что ты сделала? — Мируэль вопросительно посмотрел на месхийку.
— Вам лучше не знать. — Эйас перевела взгляд на Ренара, который все это время стоял возле стены, нервно качая рыжим хвостом из стороны в сторону.
— Не знаешь, что случилось с другими людьми? Их не нашли? — спросил Мируэль внезапно вспомнив о своих товарищах.
— Позавчера их казнили, — безразлично ответила девушка. Эйас всегда говорила о смерти так, словно она для неё не имела никакого значения. Периодически её саму пугало такое отношение к подобным вещам. Возможно, в силу обстоятельств она просто выросла достаточно толстокожей. Впрочем, причины этого не так уж и сильно её волновали. За свою жизнь она была множество раз на грани смерти, но никогда не боялась отправиться в ее лапы. По крайней мере ей так казалось.