Оглядев свой наряд внимательно, я не нашла ничего странного. Чёрная шубка, немного расстёгнутая на горлышке, вязанные варежки, шапка, плотное платье и сапоги – всё в порядке…
– Зайчонок что-то случилось? – поинтересовалась заметившая мою нервозность женщина.
– У меня есть что-нибудь на лице? – спросила, уже не зная где искать причину интереса прохожих.
– Давай посмотрю, – взяв меня за подбородок, она стала рассматривать лицо – Так, так… Хм-м-м понятно.
– Что-то не так?
– Вот смотри у тебя два глаза, нос, бровки, губы…
– Что? Вы шутите?! – перепугавшаяся было я, возмущённо воскликнула.
– А что ты ожидала?
– Я спрашивала, почему все люди смотрят на меня. А вы, вы…
– А просто спросить было никак?
– Ладно… Скажете, почему они на меня смотрят?
– Секрет, – смеясь, женщина поторопилась отойти от возмущённо пыхтящей меня. – Потом узнаёшь.
Оставшийся путь я преодолела молча. Что за секреты у них тут. Мне бы не было обидно, если эта тайна касалась кого-то другого, не я была её причиной. А так неприятно как-то получается.
Дом встретил нас теплотой от натопленной печи, запахами ароматных кушаний… и хозяином.
Так получилось, что ранее хозяин дома Зиркас на общих обедах и ужинах появлялся очень редко и его сегодняшний приход стал настоящим сюрпризом.
– Дорогой как же хорошо, что ты пришёл, – хозяйка была удивлена не меньше меня, – садись за стол, сейчас мы подойдём.
После плотного обеда, состоявшего из овощного салата, жареного картофеля и отвоёванных в битве за свинок с соседкой Агланой добротных кусков хорошо прожаренного мяса я привалилась к спинке стула. Тяжесть в животе и желание упасть на мягкую перину как можно быстрей мешали подняться. Вот бы кроватку прям сюда и полежать на славу. Мечты мечтами, но никто для меня кровать не перетащит сюда, так что хочешь не хочешь, а к ней нужно топать.
Подавив печальный вздох, я уже было отодвинула стул желая подняться и собрать тарелки, чтобы их вымыть и отправится осуществлять свои маленькие желания, как была остановлена. Хозяин желал поговорить, и я не могла отказать ему в такой маленькой просьбы, но то что я услышала вызвало неимоверное удивление:
– Ты выбрана в качестве одной из дев Весны. Поздравляю! – проговорив это, мужчина поднялся, посчитал одну реплику окончанием разговора и его свободой от цепких детских ручек и вопросов, которым суждено было возникнуть, как я знающая о его любви к побегам крепко схватила за рукав мужской рубашки останавливая.
– Я хочу отказаться! – не ходя вокруг да около сказала прямо, не задавая проносившихся в голове.
– И даже спросить нечего не желаешь? – обернувшись ко мне, хозяин удивлённо вздёрнул бровь.
– Не очень.
– И почему же?
– Хочу жить спокойно, без всяких вот таких потрясений.
– Сожалею, но отказаться уже не получится, – ответил он, а я видела, что того самого то сожаления он ни капельки не испытывает.
– Почему?
– Тебя выбрали и уже не отказаться, тем более костюм готов, – вступила в разговор хозяйка, по-тихому спроваживая мужа. – Была бы я в твоём возрасте, прыгала от радости при виде такой красоты. Заморские летящие ткани, нежные цветы, вышитые на…
– На меня это не подействует.
– Что? – прерванная на полуслове женщина удивлённо воззрилась на странную меня. Конечно, кем я ещё могу, если не странной девчонкой по собственной воле, отказавшейся от обсуждения красивых нарядов.
– Меня не привлекают такие девчачьи темы.
Поджав губы, хозяйка Камари закрыла глаза, как будто собираясь с силами и вздохнув промолвила «я сейчас» и убежала в свою комнату. Вернувшись, она показала мне то, отчего я на секунду потеряла дар речи.
Изготовленное в два слоя одеяние было сшито как единое целое. Нижний слой был белым и имел простой крой сарафанов, но без рукавов. Поверх этого белого одеяния была наброшена словно вуаль воздушная полупрозрачная ткань цвета молодой травы. Верхний слой платья также был в пол и имел тонкий тканевый прошитый ремешок на талии и рукава не облегающие, а объёмные красиво сужающиеся у ладони. Кроме всего этого сей наряд был украшен вышивкой начинающийся от талии и маленькими красными цветочными дорожками, убегающим по подолу. Это платье было невероятным.
– Давай померим, – довольная полученным эффектом женщина позвала меня переодеваться, и я все еще упорно делающая вид что не горю облачиться в сей наряд была поймана за руку и отведена в комнату.