— Цветы подари, домой позови фильм посмотреть, я новые кассеты привёз. Заодно и в английском потренируетесь, — со знанием дела сказал Павел Антонович. — Короче, приглашай её в субботу в гости, мы с матерью как раз к моим друзьям на День рождения идём.
— А где ж я сейчас цветы-то возьму? — удивился Серёжа. — До восьмого марта ещё больше недели даже…
— Возьмёшь, я знаю, где купить, главное, чтобы деньги были. А они у нас есть.
— Паша, ты даже мне цветы просто так не даришь, а тут вдруг готов раскошелиться ради девочки! — возмутилась Надежда Дмитриевна, услышав от мужа такие речи.
— Надя, дело не в тебе и не во мне. Серёжа уже совсем большой, ему надо уметь ухаживать за девушками. Для мужчины очень важно иметь успех у женщин, — подытожил Серёжин отец.
В общем, дальше родители стали обсуждать какие-то абстрактные вещи из разряда, что значит быть настоящим мужиком, и Серёже стало скучно. Потому что по мнению папы, настоящий мужчина не только тот, кто отслужил в армии, имеет в руках хорошую профессию, он ещё обязательно пользуется популярностью у женщин. А мама считала, что армия для мужчины не так уж необходима, а большое количество женщин грозит осложнениями в семье и выплатами алиментов на внебрачных детей. В общем, пока родоки спорили, Серёжа слинял к себе в комнату, разбирать, что ещё из музыки привёз ему отец.
А в субботу после уроков, проводив родителей отдыхать и развлекаться, Серёжа взял укутанный в несколько слоёв бумаги букет из розовых гвоздик, приобретенный им с папашей накануне, и отправился к Майке — ухаживать за ней по всем правилам.
Светлова встретила его довольная и расфуфыренная, даже надушилась чем-то вкусным. Над букетом они с её мамашей обе ворковали так, что Серёжа понял — отец был прав: женщины клюют на цветы как рыбы на дождевых червяков. Правда, для подстраховки у него ещё имелась коробка шоколадных конфет с водкой. Их, как полагал Сыроежкин, предки ему вручили, чтобы расположить к себе сразу обоих Светловых-старших (наверное, один будет выпивать из них водку, а вторая — есть шоколадные скорлупки. Логично же?)
В общем, Майка выпорхнула из дома счастливая и всю дорогу до Серёжиных дверей чуть ли не висела на нём, игриво щебеча в ухо всякие глупости. Сыроежкин же крепко держал девушку за талию и думал, что сегодня уж точно никакие похабные мысли про себя и своего лучшего друга ему в голову не полезут. А может и вообще больше никогда не полезут. Ведь с чего бы, а?
И так было ровно до того момента, пока занятые друг другом и целующиеся на ходу Серёжа с Майей сначала чуть не налетели на припаркованную во дворе незнакомую красную шестерку, а потом не столкнулись с выходящим из подъезда Гусём.
У Сыроежкина внутри словно что-то оборвалось. Он даже про Майку на какое-то время забыл. Потом, разумеется, вспомнил, и они пошли дальше, но тот взгляд, каким посмотрел на него друг… Серёже стало страшно, словно он совершил какое-то преступление, и Макар о нём знает. Стоит ли говорить, что весь остаток дня Сыроежкин только и делал, что пытался забыть об этой встрече и сосредоточиться на своей девушке? И хоть Майя ничего такого не заметила и вообще неплохо провела время, для Серёжи это свидание было безнадежно испорчено.
***
Романтическое свидание в эту субботу было не только у Светловой с Сыроежкиным. Денис Евгеньевич, как и обещал, пригласил Макара к себе. Даже отцовскую машину ради такого случая взял, тот всё равно на все выходные на пару с матерью отправился на дачу к Борисычу — тот его зимней рыбалкой соблазнил. А какая рыбалка, да ещё зимой, и без горячительного?
Вот поэтому-то Денис заехал за Макаром с понтом, на новенькой папиной шестёрке, насыщенного вишнёвого цвета. Аккуратно припарковался рядом с подъездом и собирался уже выходить, как заметил развесёлую парочку подростков, в одном из которых без труда признал Сергея Сыроежкина. Серёжа со своей подружкой выглядел счастливым и беззаботным, и Денис решил подождать пока они пройдут. Зачем портить ребятам настроение и напоминать своим видом о давешнем неприятном инциденте? К гадалке не ходи — Сергей к нему тёплых чувств явно не испытывает. И всё же смотреть на юных влюблённых Денису было приятно — он и сам ещё помнил это светлое чувство первой любви, однажды посетившее его в школьные годы.
А потом навстречу парочке вышел Макар. Поравнялся с ними, задержался на пару секунд, видимо, поприветствовав, и пошёл дальше, к машине Дениса. Улыбка медленно исчезла с лица Дениса Евгениевича, когда Гусев открыл переднюю дверь и сел на пассажирское сиденье.
— Всё хорошо, Макар? На тебе лица нет, — Денис даже забыл поздороваться, настолько его поразил вид любовника.
Гусев и вправду выглядел так, будто у него кто-то умер. Опять.
— Нормально всё, — тяжело проговорил Макар. — Поехали отсюда. Поскорее.
Больше с расспросами Денис лезть не стал, ему и так, в принципе, всё понятно было. Чтобы дать Макару немного времени прийти в себя, он покатал его про городу, показал ждущие своего часа «Лужники» и «Олимпийский», а когда Гусев немного расслабился и впервые за всю поездку улыбнулся ему, Денис повернул к дому.
Как должно проходить настоящее свидание Макар не знал. Поэтому, когда Денис первым делом, вместо того чтобы нагнуть его на ближайшей горизонтальной поверхности, проводил Макара за красиво сервированный стол со всякими закусками и достал из холодильника Советское шампанское, Гусев от удивления открыл рот и глаза. То и другое одновременно и очень широко. Второй сюрприз, который устроил ему доктор, заключался в том, что много есть Макару он не дал, сказал: «Ещё успеем» и потянул в ванную. Зачем ему намываться по второму кругу, Гусев не понял, он и дома хорошо подготовился, но спорить не стал — в конце концов тут Денис Евгеньевич командует, вот пусть и старается. И Денис старался — залез в ванную вместе с Макаром и так заласкал его под видом мытья, что Макар только и думал, как бы ему скорее на член запрыгнуть. Так прямо Денису и заявил: «Если сейчас же не вставишь, я тебя сам изнасилую!» Дениса эта угроза почему-то только повеселила и, перебравшись наконец-то в постель, он, вместо того чтобы выполнить пожелание своего любовника, устроил ему внеочередной сеанс массажа. На этот раз сугубо эротического.
Терпеть дальнейшие издевательства доктора над своей половой системой Гусев намерен не был. Воспользовался грубой физической силой — рывком притянул Дениса, уронив его на себя, впился в его рот губами и крепко обхватил ногами его талию. Дразнить Макара и дальше Денис просто уже не смог.
На этот раз больно не было, наоборот, каждое движение партнёра казалось желанным и отдавало в теле волной удовольствия. Денис опять оказался прав — всё может и должно быть по-другому: и в постели есть куча всяких приятных вещей, которыми можно наслаждаться вместе, и вне её скучать вовсе не обязательно.
После очередного захода, когда Макар очень кстати вспомнил про оставленную на столе еду и питьё, выяснилось, что готовил все эти хитрые блюда Денис сам. Даже пирог с малиной — и тот его рук дело. Гусев восхитился, а найденный им на кухне (и удачно забытый там же Денисом) десерт из взбитых сливок, он, игнорируя возражения кулинара, размазал по его телу и тщательно потом всё слизал. Денис так разомлел от подобного энтузиазма со стороны Макара, что даже позволил в итоге ему себя трахнуть. И был не разочарован.
Время давно перевалило за полночь, Макар, заранее отпросившийся у своих «ночевать у друга», притащил ближе к кровати вино и оставшуюся закуску и, устроившись в объятиях этого самого «друга», пил бокал за бокалом.