– Если бы это было так, то я бы и не волновалась, – фыркнула Настя и встала из-за стола. – Пойду собираться, а то опоздаем к открытию.
– Открытию чего? – нейтрально уточнил я.
– Инга Аскольдовна пригласила меня в художественную галерею. Сегодня первый день новой выставки, – понимая, что я никогда не задаю вопросы просто так, ответила девушка.
– Хорошей поездки, – улыбнулся я. – Передавай привет графине Калининой.
– Обязательно, – уже убегая к лестнице, отозвалась девушка.
Я отложил приборы, встал из-за стола и вышел на улицу. Там было удивительно тихо. Наверное, наконец наступил тот день, когда все старые ремонтные работы были закончены, а новые ещё не начались. Никого из охранников поместья тоже видно не было, но из-за ограды в сотне метров от меня слышался глухой рёв, будто там неожиданно появился водопад. Матерный и довольно агрессивный.
Когда подошёл уже к самому ограждению имения, стало понятно, почему Ратай решил потратить время на душевное общение со своими подчинёнными. Дело происходило на той самой полосе препятствий, которую использовали для моей подготовки к охоте с Антиповым-младшим. Для большинства дружинников она тоже была достаточно сложной.
– Семь минут!!! – донёсся до меня злобный рык Аршавина. – Я прошёл через ограду и стоял у задней стены особняка целых семь минут! Да вы хоть понимаете что за столько времени можно было сделать? Ещё круг!!! И кто меня заметил? А? Кто это сделал?
Измученные бойцы продолжали штурмовать препятствия на полосе. Хриплое дыхание, злые взгляды и ручьи пота на лицах и голых спинах. Никто уже не отвечал Ратаю. Может потому, что он не обращался ни к кому прямо, а может потому, что дружинники просто не хотели бесить ещё больше своего командира.
– Антип! – рявкнул Шатун. – Старый немощный слуга, который оказался внимательнее и бдительнее, чем три десятка воинов, которых я по недоразумению считал опытными и надёжными! Вот кто меня заметил. Чая предложил. Делами поинтересовался… Нормально?! Ниже! Ниже локти! И как мне после этого смотреть в глаза князю? Как мне ему сказать, что его сестёр охраняют бездари, способные на десять минут пропустить постороннего на территорию? А?
– Ратай! – задыхаясь от непосильной нагрузки, простонал один из парней. – Да поняли мы. Смена задержалась просто. На две минуты.
– Смена у них задержалась! – фыркнул Аршавин. – А какого хрена у вас интервал в пять минут между обходами? Парами ходите, чтобы скучно не было?!
– Доброе утро, Николай Петрович, – негромко произнёс я. – Заняты?
– Доброе утро, Ярослав Константинович, – отозвался Шатун, мгновенно понижая тон. – Не занят. Так… Воспитательную работу провожу. Чего замерли? Ещё по четыре круга! Время пошло!
– Прогуляемся? – кивая в сторону леса, предложил я и Аршавин молча кивнул. – Зачем приехал?
– Утром граф Старковский звонил, – ответил Ратай. – До вас не смог дозвониться, а княжну Анастасию Константиновну беспокоить не решился. Иван Николаевич сказал, что не знает в курсе ли она наших дел.
– И это правильно, – кивнул я. Контролировать дыхание стало чуть легче, но я всё равно чувствовал себя так, будто заново учился ходить. Использовать истинное зрение или какие-то простые заклинания даже не пытался. Пока не приведу в порядок Источник об этом даже думать не стоит. – Что хотел граф?
– Поблагодарить за спасение своих людей, – ответил Шатун. – И сообщить о том, что не будет предъявлять никаких претензий по поводу погибших. Он со всех своих подписки взял, когда они на учения отправлялись, что последствия могут быть любые, включая смерть и увечья.
– Соломки подстелил Иван Николаевич, – усмехнулся я. – Похоже на него. Дружит со всеми, знает больше других и о своих интересах не забывает.
– Да, – серьёзно кивнул Ратай. – До окончания первых совместных учений осталось два дня. Граф Старковский просил узнать, когда можно будет прислать следующие пять сотен человек на обучение.
– Я с ним сам позже свяжусь, – ответил я. Вокруг расстилался лес. Гудел в соснах ветер, а обычные лиственные деревья успокаивающе шелестели листвой. Повсюду вокруг нас двигался воздух и для него не было преград.
– Мне бы тоже знать, что вы на этот счёт думаете, Ярослав Константинович, – осторожно произнёс Аршавин. – Если честно, мне бы не хотелось тратить ещё одну неделю на возню с дружинниками Старковского. Как оказалось, мне и своих поднатаскать не мешало бы. Да и сидеть постоянно в Горынино желания нет. Понимаю, что самим тяжело перекрыть границу будет, но что-то да можно придумать.