– А для чего ты бережёшь ратников, воевода? Ты хочешь положить наших ополченцев, а своих ратников сохранить? – вскочил на ноги один из старост посадов.
– Нет, друже, ты об этом даже и не думай! Видать, забыл, о чем я давеча говорил? Повторю ещё раз! Часть викингов с драккаров высадятся на пирс, а другая – с реки на берег. И вот этих, на берегу, будут удерживать мои ратники, покуда на помощь не придут ополченцы. Думаю, что ратникам придётся тяжелее всех. Это они с чужеземными воинами рубиться станут!
– А если все викинги высадятся на пирсе? – не унимался староста.
– Тогда ратники первыми вступят в сражение!
– Ты хорошо придумал, воевода Истор! – посадник убрал ладонь с глаз. – Когда ждёшь драккары под стенами нашего Холма?
– Думаю, следующей ночью, не раньше. Против течения, да не зная мелей, они медленно и осторожно пойдут на веслах.
– Добро, воевода, готовь людей, отдавай команды, распоряжайся всем! – Кагель устало улыбнулся, неспешно поднялся на ноги и заговорил тихим голосом: – Хочу сказать слова напутственные вам, начальным людям, а вы уж их передайте ратникам, ополченцам и простым горожанам. Пусть все знают, что беда пришла к нам страшная. Сила у викингов собрана великая, трудно ей противиться будет. Князь с дружиной своей на помощь городу не поспеет, плечо своё не подставит, а потому самим воевать придется. Кто может держать в руках оружие, должны внести свою лепту в войне супротив ворога! Теперь от каждого будет зависеть, уцелеет ли наш Холм, посады вкруг него и ближние посёлки, смогут ли выжить наши горожане, союзные племена и роды. Иль все мы в огне сгинем? – голос посадника прервался, а взгляд устремился куда-то в пространство, словно он всматривался в картинки этих пожарищ.
Неожиданно собравшиеся в гридницкой люди увидели, как осунулся и враз постарел их посадник, взвалив на свои плечи главное бремя войны.
Глава 13
В полной тишине глубокой ночи два драккара ярла Эйнара медленно вошли в небольшой залив и стали приближаться к выходящему далеко в воду городскому пирсу – огромной прямоугольной бревенчатой площадке на сваях, выступающей в реку на полсотни локтей. Лёгкий серый туман клубился над водой, слегка искажая её размеры. Широкий дощатый настил, окружённый густым кустарником, устремлялся от пирса вглубь суши, где среди высоких деревьев на небольшой возвышенности угадывался земляной вал с частоколом. Весь берег казался девственно-чист. Возле него не было пришвартовано ни одного судна и даже лодки.
– Похоже, нас здесь уже ждут! – улыбнулся ярл стоящему рядом с ним на носу драккара Клеппу.
Лицо великана было хмурым и даже каким-то злым.
– Мне тоже так кажется, мой ярл! Я бы не рискнул сразу высаживаться на пирс! Может быть, поищем место, где драккары смогут пристать к берегу?
– Чего ты опасаешься, Клепп? Наш план прост. Пирс очень большой и вынесен далеко в реку. Мы высаживаемся и сразу выстраиваемся в клин. Прикрываемся щитами от лучников и двигаемся по настилу к городу. Лишь только выходим на линию берега, тут же разбиваемся на три отряда и атакуем!
– Как скажешь, мой ярл!
– Да будет так! Отдай команду лучникам, пусть прикрывают высадку!
Громкие гортанные команды Клеппа разнеслись далеко по воде, извещая всех викингов о тактике предстоящего сражения. Щиты опоясали правые, ближние к берегу борта драккаров, между ними притаились лучники.
Клепп повернулся к Антону:
– Я тебя очень прошу, мальчик, надень кольчугу, броню и возьми своё оружие!
– Зачем, Клепп? Я не хочу выделяться среди наших воинов блестящими доспехами!
– Но они могут спасти твою жизнь, Антон! Впрочем, решай сам. Ты уже викинг!
Драккары один за другим стремительно подходили к пирсу.
– Подобрать парус! Выбить клин! Опустить мачту!
Сноровистые руки, делая привычную работу, ослабили ванты, подобрали парус, опустили рей, выдернули шпору мачты из керлинга, и вот уже сама мачта легла на палубу.
Десятки викингов в полном вооружении перепрыгивали через борта двух драккаров, группируясь и выстраиваясь на дощатом настиле пирса.
– Антон! Мэва! Я приказываю вам остаться на драккаре до окончания сражения! Клепп, за мной! – И ярл Эйнар одним длинным прыжком с борта оказался в гуще своих воинов.
Ошарашенный приказом, Антон не успел произнести вдогонку ярлу ни слова.
Как только ноги ярла ступили на пирс, по обе стороны от настила вдоль берега разом упали густые кусты, открывая ряды стоящих воинов-горожан с натянутыми луками. Сотни стрел и лёгких копий обрушились на растерявшихся викингов, многие из которых не успели даже повернуться лицом к противнику. Громкие команды ярла и постоянная готовность к битве всё же сделали своё дело. Сомкнув щиты, викинги окружили своего вождя.