«Петли, — машинально отметил Андрей. — Как много петель… Но как здорово, действительно здорово! Все видно! Ай да мы»…
— Ну, хватит? — спросил Денис, оторвавшись от клавиатуры и взглянув на экран.
— Андрей, как вы считаете, информации достаточно? — пробасил шеф.
— Да, вполне. Фиксируем, и потом — я.
Денис сохранил картинку и принялся отцеплять датчики. Лена шумно вздохнула, пошевелила руками.
— Еще не все! — буркнул Денис. Она испуганно замерла.
Шеф смотрел на Андрея, ожидая продолжения действия.
Эссенциалист внутренне напрягся. Неровно застучало сердце. «Экстрасистола. У меня? — с удивлением подумал Андрей, — так нельзя. Надо успокоиться. Это важно сейчас…»
Он взглянул на Лену.
— Не волнуйтесь. Все будет хорошо.
Андрей улыбнулся, девушка улыбнулась в ответ.
Он повернулся лицом к монитору и сложил руки, как перед чайной церемонией.
«Пламя костра рассыпается тысячей нитей… Много миров, едина их главная сущность…
Много миров…
Черт. Так вот, что это значит…»
Ему хотелось обернуться, посмотреть в глаза Денису, Лебедеву, спросить: как же так? Почему он здесь? За что?
Но надо работать.
Андрей положил правую руку на чувствительную панель, а левую — Лене на живот.
В центре экрана вспухла пурпурная точка.
Андрей переместил руку на лоб, на шею, грудь и низ живота девушки. Точка на экране вырастала в клубок, закручивалась спиралью, расходилась окружностью, вот брызнули лучи, завертелся зонтик, сгустилась дымка…
Наступил момент, когда паутина на ЭМ в точности повторила график на экране преобразователя. Шеф и Денис радостно загалдели.
— Получилось! Сергей Васильевич, получилось!
— Молодец! Молодцы вы оба, ребятушки!
Но Андрей на этом не остановился. Он продолжал сканировать сущность. И вот по экрану побежали вектора…
— А это что? — с подозрением спросил Лебедев.
— Это нужно для лечения. Точки и пути воздействия.
— А! Ну, лечением же вы еще не занимались? Достаточно! Сохраняй.
Андрей не стал спорить и зафиксировал паутину.
«Я нарушаю Стандарт… Неприкосновенность личности и врачебная тайна. Вполне хватит для Трибунала… Однако я сделал это! У меня получилось!»…
Шеф с Денисом прилипли к экранам, оживленно обсуждая результат.
— Ну вот. Найдите десять отличий, — хохотнул программист.
Лена потянулась за блузкой, жалобно посмотрев на Андрея.
— Спасибо вам, Лена. Это исследование очень, очень важно для нас всех.
«И почему я это говорю? Важно, да. Потому что противозаконно».
Лена одевалась, молча кивая.
Однако корректор в душе Андрея брал свое.
— Если позволите, я… вам дам совет.
Девушка с надеждой взглянула на эссенциалиста.
— Вам нужно заняться экстремальным спортом. Прыгать с парашютом. Серфинг. Хотя бы ролики. Идеально подошли бы автогонки. Или подводное плавание.
Лена недоверчиво взглянула на Андрея: не шутит ли? Но он был серьезен.
— Спасибо… я попробую. Сергей Васильевич, я могу идти?
— Да, — не оборачиваясь, махнул рукой шеф.
Лена еще раз улыбнулась Андрею и тихо удалилась.
«И парень тебе нужен другой. Не этот старый козел», — прибавил про себя эссенс.
* * *Шеф собрал их в кабинете и хвалил. Долго хвалил, искренне.
«Не к добру гусь загоготал, — думал Денис, переминаясь с ноги на ногу, — зуб даю, до вечера гадость какая-нибудь произойдет»…
Андрея раздирали противоречивые чувства.
Надо бежать отсюда, возвращаться в Лабиринт.
Но с другой стороны…
Они почти сделали прибор, остались мелочи. Он будет работать. Он поможет людям.
Противозаконно? Да. Но что же получается: противозаконно помогать страждущим?
Абсурд.
Эта Лена с патологической неуверенностью в себе, сильной близорукостью и спазмами в желудке.
Денис с больным позвоночником. Он не жалуется, но Андрей же не слепой.
Лебедев… это вообще конгломерат проблем.
А ведь людей в этом мире тысячи. Может быть, даже — миллионы…
Почему нужно скрывать от них благо?
Непонятно.
И все-таки: что они сделали с его сущностью? Почему не рассказали все, как есть?
Сколько загадок…
Они получили премию и «добро» на дальнейшую работу, а еще шеф обещал закатить корпоратив по окончании проекта.
Несмотря на радужные перспективы, Щемелинский вышел из кабинета, морщась и хватаясь за спину.