Я подумал, что она права. На более многолюдных улицах мы если и не найдем киоск или магазин, то хотя бы наткнемся на что-нибудь, что может дать подсказку.
Со следующего перекрестка свернули направо — туда, откуда громыхало и позвякивало. И не ошиблись: выскочили на оживленный бульвар с аллеей из толстых дубов («Мамочки, сколько же им лет? И стоят, не загнутся», — восхищенный Светин комментарий).
Лоток с мороженым, ремонт обуви, обменник, «лужу-паяю» (а это-то кому в наше время надо?), тележки, на которых ягоды, похожие на изумрудную ежевику, с горкой навалены в плетеных лукошках и стеклянных банках… Книг не видно нигде, но можно сувенирную лавку поискать. Продуктовые магазины, как и везде, со стеклянными витринами, по которым все сразу становится понятно. Для поиска остальных приходится читать надписи и указатели. «Фотокопия документов», «Семейная фотостудия», «Керамика».
Я посмотрел вверх, на скупую вывеску «Эссенциалия № 65» и вздрогнул.
Света тянула меня за рукав:
— Пойдем, там фонтан очень красивый впереди.
— Подожди. Давай сначала сюда.
Вроде и не изменилось ничего, но стало мне очень тревожно. Андрей говорил правду. Не приснились ему эти заведения и не выдумал он их ради хохмы.
Я приоткрыл тяжелую дверь, втиснулся внутрь и поманил Свету.
Она прошла неохотно, видно было, что ее тянуло вперед к фонтану и прочим уличным диковинкам.
— Это что, поликлиника?
Тихий вестибюль, светло, мягкие кресла, фикусы всякие в кадках. И слабый, смутно знакомый запах.
Светка огляделась и пробормотала:
— Ну точно, — взмах рукой на зарешеченную дверь, — вон гардероб, а там регистратура и справочная, — она ткнула указательным пальцем в сторону изогнутой стойки, где за символическими окошками сидели две увлеченные работой девушки.
На нас ни одна из них не взглянула, хоть мы и торчали посреди пустого зала явно в замешательстве.
По коридору прошли две дамы в белых халатах и смешных треуголках с кисточками.
— Регистратура справок не дает, — сказал я, — справочная звонки не регистрирует.
А что еще было говорить? Я пытался сообразить, как быстренько разведать, что это за заведение такое, но в голове была лишь пара неприличных шуток про медиков да несколько правил «съема» девушек, которыми меня давным-давно грузил один приятель.
Я покосился на Свету: при ней вроде как неудобно спрашивать в регистратуре о планах на вечер, да и пассажи о прекрасных бездонных очах не подойдут.
Я шепотом попросил Светку подождать, мысленно пожелал себя удачи и подошел к стойке.
— Добрый день, я могу записаться на прием?
— Участок, — равнодушно произнесла правая девушка.
— Третий, — ответил я. Кто их знает, может, район маленький, народу немного, лучше поменьше номер выбрать.
— Завтра с утра приходите, — даже головы не подняла.
— Мне срочно надо, — пробормотал я, одновременно сжимая зубы, будто они болели, и хватаясь за голову, которая вот-вот расколется.
Но и гримасы прошли даром, не смотрела она на меня. Строчила и строчила что-то на бумажке, время от времени сверяясь с рукописной таблицей и толстым справочником. Монитор у нее был включен, но, видно, электронные документы — не их метод, бумага важнее.
— Девушка, ну пожалуйста, правда, очень надо… Можно прямо сейчас?
— А что у вас? Семейная драма, стресс, пробки на дорогах, начальник, аврал, увольнение?
Она перечисляла привычно, равнодушно, быстро. Скороговоркой.
Я повернулся к Свете. Что ж такое, почему, кроме зубов, ничего придумать не могу? Надо было все-таки с ней посовещаться, вдвоем придумали бы срочную болезнь.
Света увидела, что я на нее смотрю, жестом попыталась подать мне какой-то знак, но я не разглядел.
— Очки разбил, новые надо, — вырвалось само как-то.
Девица бросила бумажки и наконец-то на меня глянула.
— Очки? — переспросила так, как будто я у нее билет в театр попытался купить.
— Да, а без рецепта не продают.
Кажется, не угадал. Теперь и девочка из справочного окошка все отложила и заинтересовалась мной.
— Но зачем? — почти хором выдохнули.
Я приосанился и втянул живот. Внимание симпатичных девушек всегда приятно.
— Привычка. Некоторые кальян любят курить, некоторые всем зубным пастам порошок предпочитают. Я ношу очки. С детства. Чтобы выделиться. И мне нужны новые…
— Я поняла, — кивнула та, что из регистратуры. — Подождите на банкетке, пожалуйста, попробую вам помочь.
Слово «банкетка» напомнило что-то родное, из детства, про школу, про диспансеризацию… Нет, мы явно недалеко от дома. Талеры, цветной песок и узкие машины — прихоть сумасшедшего мэра, желающего построить рай если и не на всей земле, то хотя бы в отдельно взятом городке.