— Бог не предупредил вас о том, что ждет здесь, лейтенант Шелли, потому что с вами говорит вовсе не Бог...
— Заткнись! — орет на нее Рэнсом, будто знает, что она скажет дальше.
Я возвращаюсь к Кендрику, мои руки дрожат, пока я забиваю мастику в его раны.
—...это был Дьявол, и Дьявол предал вас.
— Заткнись!
Кендрик перестал истекать кровью на глазах, но Рэнсом, кажется, окончательно слетел с катушек.
Джейни подходит и набрасывается на него:
— Специалист Рэнсом, ведите себя как подобает солдату Соединенных... — Она осекается, потому что, в конце концов, он не солдат армии США, во всяком случае, не сейчас.
Я поворачиваю Кендрика на бок и накладываю пластыри на выходные отверстия.
Джейни пробует снова:
— Отдай мне пленную, Рэнсом. Помогай лейтенанту.
Я вскидываю взгляд. Рэнсом не подчиняется. Но и не сопротивляется. Я не понимаю, что он делает. Просто стоит, вцепившись в Шеридан. Хотел бы я видеть его лицо.
Я укладываю Кендрика обратно на снег и встаю. Дрожь Шеридан усиливается. Она на верном пути к гипотермии, а может, и обморожению. Если она явится на суд в синяках или с почерневшими пальцами и гниющими ушами, Ахав Матуго ее не примет — но Шеридан не собирается сдаваться. Она смотрит на меня так, будто видит мое лицо сквозь черный экран визора, и говорит:
— Я предупреждала вас, что расплата близка. Красная Зона прислала вас сюда. Она контролирует вас. Вы — слуги Дьявола. Все вы! И вы будете низвергнуты!
Меня передергивает от того, что она называет это «Красной Зоной» — тем же именем, что использую я.
Рэнсом тоже потрясен, но по другой причине.
— Не смей так говорить с Шелли, — произносит он, встряхивая ее. — Это Бог хранил его.
— Черт подери, Рэнсом, это неважно! Джейни, забери ее!
— Это важно, сэр! Важно!
Джейни тянется к ней, но Рэнсом резко отдергивает пленницу. Кендрик доказывает, что он в сознании, прошептав:
— Сделай же что-нибудь, Шелли, блядь.
Я пытаюсь забрать ее: «Рэнсом, отдай ее мне», в то время как Шеридан извергает новые безумные слова, пробираясь ему под кожу:
— Вы — инструменты. Каждый из вас. Инструменты Сатаны, которыми он попользуется, прежде чем низвергнуть в бездну!
— Заткнись!
Я хватаю Рэнсона за плечо. Он бьет меня локтем в грудь, используя стойку своей «мертвой сестры». Я знаю, он не хочет причинить мне боль. Просто он слишком зол и слишком напуган, чтобы соображать.
Всё равно это чертовски больно. Удар выбивает меня из равновесия, вышибает воздух из легких, и клянусь богом, мои ребра были бы сломаны, не будь на мне брони.
Я никогда не принимал фантазии Рэнсона о «царе Давиде» всерьез, но он, похоже, принимал. Для него это выглядит так, будто я предал его, не предвидев волка, позволив ранить Кендрика. А тут еще Шеридан с ее издевками. Он настолько потрясен ее обвинением в том, что нас защищает не Бог, а Дьявол, что теряет контроль.
Он впечатывает Шеридан лицом в снег. Затем выхватывает пистолет, который дал ему Роулингс, и наставляет на нее, выбирая самый прямой путь, чтобы заставить замолчать свои сомнения.
У меня не осталось дыхания, чтобы крикнуть. Я просто кидаюсь на него, используя всю мощь экзоскелета. Джейни тоже бросается к нему, но я успеваю первым. Бью его в плечо. Мы оба валимся, пистолет вылетает из его рук, описывает дугу и падает прямо за Шеридан. Я лежу на боку, пытаясь прижать Рэнсона к земле, когда вижу, как это происходит: Шеридан, барахтаясь на коленях в снегу, подгребает пистолет к себе.
Я не знаю, почему ей сковали руки спереди... может, потому что пятидесятилетние женщины не считаются опасными? Эта — опасна, а мне нельзя в нее стрелять. Я даже ударить ее не могу, потому что Ахав Матуго не примет ее раненой.
Я отпускаю Рэнсона и вскакиваю на колени. Шеридан наводит ствол на меня. Она дрожит от холода. Не знаю, насколько хорошо она может целиться. Велик шанс, что промахнется, а если нет — броня может спасти. Я бросаюсь к пистолету — но Рэнсом уже на ногах. Он отпихивает меня в сторону как раз в момент выстрела.
Пуля бьет ему в броню, сбивая дыхание и заставляя наполовину развернуться. Пока он потерял равновесие, Шеридан сокращает дистанцию — она движется со скоростью ИИ в человеческом обличье. Джейни не может ее остановить. Я тоже. А Рэнсом не соображает. Он убьет ее, я знаю, и миссия провалится.
— Рэнсом, не трогай ее!
Он смотрит на меня, а не на нее, и она использует этот момент. На Рэнсоме бронежилет. Шлем и визор защищают голову, но Шеридан — оборонный подрядчик. Она знает, как работает снаряжение. Она знает его уязвимые места. Она просто делает шаг вплотную, упирает пистолет ему под челюсть, чтобы унять дрожь в руке, и нажимает на спуск. Его голову отбрасывает назад. Кровь веером брызжет на лицо Шеридан и кропит снег. Она всаживает еще две быстрые пули ему в мозг прежде, чем я успеваю выхватить оружие, прежде чем Джейни успевает ее схватить.