— Ложись! — приказываю я по общей связи. Он падает.
Я разворачиваюсь и бегу в другую сторону. Десять длинных шагов до ближайшего поля сорго. Я перепрыгиваю через забор. Стебли высотой более шести футов. Созревающее сорго служит хорошим укрытием с земли, но я провел много времени, глядя глазами ангела, и знаю, что оно мало что скрывает с воздуха. Жаль, что мне больше некуда идти.
Другой рев прорезает ярость реактивных двигателей. С воем приближается ракета, и форт вот-вот взлетит на сто футов в воздух. Я падаю. Красная грязь между стеблями скользкая и мокрая от дождя. Земля дрожит. Я сворачиваюсь в клубок, зная, что следующие несколько секунд всё будет зависеть только от удачи.
Удача оставляет меня. Я слишком близко к форту, когда бьет ракета. Ударная волна подхватывает меня. Меня плющит одним только звуком, швыряя в новоявленную бездну прямиком в ад, в то время как клубящийся оранжевый огонь кружится перед глазами, и...
Я выпадаю из этого мира на несколько секунд.
Следующее, что я понимаю — на меня дождем сыплются грязь и горящие куски стали и пластика, барабаня по затылку шлема и броне. Я в бешенстве. Я хочу убить кого-нибудь в Командовании. Они сказали нам, что это наземная война, гребаная наземная война.
Я вздрагиваю от еще одного удара, снова оглушенный очередным мощным взрывом. Меня окатывает волной жара. Я пытаюсь сфокусировать зрение. Хочу проверить визор, посмотреть, где мои люди, но всё отключилось. Должно быть, Гайденс вырубила мою систему, чтобы пилоты не могли отследить ЭМ-сигналы.
Земля снова дрожит, когда один из истребителей проносится мимо, а затем я слышу ударные очереди того, что наверняка является автопушкой. Как я и боялся, пилоты охотятся за целями на земле. Я закрываю глаза и молюсь, чтобы они улетели... и они улетают. Рев затихает. На запад, как мне кажется... в сторону следующего пограничного форта.
Мой шлем снова включается. Вентиляторы обдувают лицо прохладным воздухом, пока визор начинает процесс загрузки. Я пытаюсь встать.
Я лежу на животе, придавленный весом своего рюкзака, руки прижаты подо мной, голова повернута набок. Я пытаюсь отжаться, но мертвая сестра не работает. Титановые кости сестры не гнутся, поэтому мои руки заблокированы, и я не могу пошевелить ногами. Мне удается перевалиться на бок как раз в тот момент, когда визор просыпается. Мне не нравится то, что он показывает. В кого-то попали. Его критический статус горит жирным красным, но мой мозг все еще контужен после взрыва, и я не могу понять смысл этих данных. Я бросаю эти попытки, так как движение за пределами визора привлекает мой взгляд. Я вижу, как по изрытой воронками земле огромными прыжками несется мой любимый реднек всех времен, спеша мне на помощь.
— Господи, Шелли!
Голос Рэнсома звучит неестественно высоко и дрожит. А может, у меня просто проблемы с ушами.
— Господи, Господи, Господи, — твердит он, опускаясь на колени рядом со мной.
Его броня выглядит так, будто побывала во фритюре, и я не вижу его лица за непрозрачным визором, но я вижу, что он нормально двигается.
— Ты ранен? — спрашиваю я, потому что мне так и не удалось вызвать никаких данных на экран.
— Заткнись на хуй! — кричит он мне.
Он сбрасывает рюкзак, швыряет его в грязь, открывает и начинает рыться в содержимом.
— Я не ранен, Рэнсом. Просто сломалась мертвая сестра. Расстегни меня, чтобы я мог встать.
Удивительно тяжело все это произносить. Я просто лежу на боку, но внезапно чувствую, что нахожусь на грани сна.
— Держись, Шелли, — говорит Рэнсом.
Типа, а что еще мне остается делать?
— Кого зацепило? — спрашиваю я.
Он не отвечает. Я понятия не имею, какого черта он делает.
Я снова пытаюсь согнуть руки, но от этих усилий у меня кружится голова.
— Давай, Рэнсом. Отстегни ремни. Давай же.
— Мне нужно перевернуть тебя на спину.
Он переворачивает. Небо полно кипящего дыма. Кажется, я слышу треск огня, но не уверен. Со слухом что-то не так; неудивительно, учитывая, что меня только что взорвало ракетой.
— Дельфи? — неуверенно зову я, удивленный, что она еще не начала пилить меня. — Ты здесь?
— Я здесь, Шелли.
Шепот — это всё, на что меня хватает.
— Какого черта сейчас произошло?
— В конфликт вступил новый игрок, с глубокими карманами.
— А Командование не знало?
— Я не знаю, что знало Командование.
Неподалеку раздается выстрел. Я сильно вздрагиваю и снова пытаюсь сесть, но едва могу оторвать голову от земли.