Никого нет. Я толкаю ее шире, и через всю комнату ко мне устремляется топот шагов. Ноги. Отдельно стоящие ноги робота, короче моих, соединенные над коленями грубой перекладиной. Джоби сидит скрестив ноги на ковре в центре комнаты и с помощью контроллера управляет этой чудовищной маленькой игрушкой. Он заставляет ее отбивать чечетку вокруг меня, пока я иду через комнату, но я отказываюсь впечатляться.
— Мои туфли не подходят.
— И что? Возьми на размер больше.
— Ни одна человеческая обувь не налезет на эти ступни.
Он тычет в кнопку на контроллере, и ноги робота прекращают свой радостный танец, тихо замерев на краю ковра. Он хмуро смотрит на мои ступни, а затем бросает на меня свирепый взгляд.
— Глупо носить обувь. Твои ступни гибкие. Они созданы для захвата. Если ты запрешь их в туфлях, ты потеряешь эту функцию.
— Я ценю усилия, которые ты в них вложил. Я уже говорил — ты чертов гений, — но это армия. Я должен быть в форме.
Он надувает губы. Но ему платят те же люди, что и мне. Он понимает.
Бросив контроллер на ковер, он поднимается с бесконечно усталым вздохом и забирает туфли из моих рук.
— Привет, Бекки. — Он поднимает туфли и смотрит на них. — Видишь это?
Он говорит не со мной, телефона у него в руках нет, и дальновизоры он не использует.
— Эй, — говорю я, — у тебя есть оверлей?
Он подмигивает мне.
— Ты не единственный киборг в этих краях.
Я впечатлен. Это первый раз, когда я осознанно встречаю кого-то еще, кто им пользуется.
Бекки он говорит:
— Мне нужны такие же туфли, чтобы подошли на ступню длиной 286 миллиметров от носка до пятки... Да, они нужны мне сейчас. Они нужны были мне еще пять минут назад. Пообедаешь позже. — Он со стуком бросает туфли на верстак.
— Это будет просто. — Мне требуется мгновение, чтобы понять, что он снова обращается ко мне. — Нам просто нужно сделать мягкий чехол, который будет облегать механическую ступню, чтобы она плотно сидела в туфле.
— Ну да, — говорю я. — Просто.
Он меня игнорирует, и поделом. Я наблюдаю, как он быстро смешивает вязкую белую жидкость. Он заливает ее внутрь слишком маленьких туфель, наполняя их до краев. Через несколько минут жидкость остывает и превращается в гель, образуя мягкий слепок внутренней части обуви. Джоби несет слепки к 3D-принтеру, сканирует их в память, а затем увеличивает размер цифрового изображения, чтобы он соответствовал моим новым ногам. Затем он вытаскивает изображение моих ступней из своих чертежей, накладывает его на слепки туфель, а затем вычитает разницу, оставляя изображение полого мягкого носка. Он дает 3D-принтеру команду распечатать его и спрашивает меня, не хочу ли я сыграть партию в бильярд.
На следующий день в полдень я жду в тени больничного портика, пока за мной заедет Лисса. На мне моя повседневная форма и новые туфли большого размера. Посетители приходят и уходят с парковки. Некоторые поглядывают на меня, несколько человек мимоходом кивают, но никто не пялится. Мои ноги и ступни скрыты, и всё, что видят окружающие, — это обычный солдат.
В моем оверлее появляется миниатюра аватара Лиссы — «Я здесь» — в тот момент, когда белый арендованный седан проезжает пост охраны в начале подъездной дорожки.
Я ухмыляюсь, машу рукой и беру свою небольшую спортивную сумку. Когда она заезжает под портик, я вижу ее через лобовое стекло. Ее глаза округляются, а рот приоткрывается от шока.
— Они тебя починили, — изумленно говорит она, когда я сажусь на пассажирское сиденье.
Я наклоняюсь и забираю свой поцелуй. Очень серьезный поцелуй. Затем я смотрю ей в глаза и говорю:
— Я договорился о раннем заезде.
Она словно затаила дыхание, поэтому просто улыбается и переводит коробку передач в режим драйв, пока я диктую GPS, куда мы едем.
Жизнерадостная пожилая женщина на стойке регистрации оформляет наш заезд. Поскольку у нас только две небольшие сумки, мы поднимаемся в номер одни. Я провожу ключ-картой по сенсорной панели, дверь отпирается, открывая вид на настоящий дворец. Дорогая мебель со вкусом расставлена на толстом ковре, повсюду дизайнерские штучки, живые цветы стоят в двух вазах, а стены украшают произведения искусства.
— Ого, персонал в Келли знал, о чем говорил, когда отправил меня сюда!
Лисса радостно вскрикивает, сбрасывает сандалии и танцует по гостиной, кружась, ее юбка взмывает, как лепестки цветка, вокруг ее красивых ног. Снаружи послеполуденное солнце сверкает бриллиантами на поверхности озера Трэвис. Это прекрасный вид, но она плотно задергивает жалюзи.