— Нет. Не любитель. Он по этой части профессионал. Врёт так, что заслушаешься. Но в этот раз он уж слишком бледный был и дрожал, как осиновый лист.
— Ну не знаю. Маги свои дома серьёзно защищают. Как он туда влез?
— По верёвке, через трубу. Он мелкий, жилистый, вёрткий и ловкий. Нет такой дыры, в которую он бы не пролез. Всегда раньше после шалостей весёлый возвращался и хвастался без перерыва. А в этот раз вылез весь чёрный от сажи, а в глазах УЖАС. Я ему поверила и дом тот обхожу за версту.
— Ты так говоришь, будто сама там, на крыше его ждала.
— Черт. Не сообразила. А, ладно. Обойдётся. Вы ведь деду не скажете? Но было интересно.
Интересно ей, — подумал сыщик, — ещё один Афоня на мою голову. Но дом этот перспективный. Очень. Нужно его брать в разработку, и срочно. Мало ли. Похоже, что это оно самое, но проверить нужно тщательно. Стража отметит только того, кто первый принесёт нужные сведения. Но достоверные.
Подарив одну из блестяшек ребенку, детектив решил пройтись по улице и все обдумать. В честности девочки он не сомневался, но уж очень необычный рассказ он только что выслушал. Всё же дети. Фантазия у них всегда наготове, только спроси что-нибудь, и сразу на тебя потоками польётся.
А тут ещё и пересказ. Мальчишка сестре мог наговорить разного, чтобы ее удивить и напугать, да и она не сильно взрослее брата. Стоп, а ей проверенную блестяшку дал? Сомнения были обоснованными. Блестяшками они с Афанасиями называли побочный продукт изготовления свитков. Иногда в процессе странным образом из ниоткуда появлялись эти странные предметы.
Размером с медную копейку, они были радужными и переливались разными цветами. Что это такое, Афанасий пока выяснить не смог, но и вреда от них никакого не обнаружил. К тому же они со временем пропадали так же непонятно, как и появлялись.
Специально для детей, которые частенько служили источником информации для детектива, он носил с собой такие проверенные блестяшки. Дети всегда попадались на эти подарки. Вещь необычная, яркая и непонятного назначения. То, что нужно. Детям, конечно.
Глава 10. Сыщик
— Эй, Шерлок с бородой.
Стоило сыщику задуматься, как он едва не налетел сходу на незнакомого Стража.
— Добрый день, уважаемый. Прошу извинить меня за то, что едва с вами не столкнулся. Задумался. Забот полон рот.
— Это хорошо, говорят, ты важным делом занят. Хотел тебя спросить, раз уж встретил. Ты знаешь некоего Гуслика?
— Да, есть такой. Что-то случилось?
— Мы сегодня притон один воровской захватили. Я там сам не был, но в тюрьму к нам многих привели оттуда. Подробностей не знаю, но этот Гуслик всем и каждому из стражей кричал, что невиновен и что ты за него можешь поручиться.
— Поручиться — это сильно сказано, но я с ним знаком, и иногда он мне что-то о криминальном мире Столицы сообщает. Не бесплатно, конечно. Он сейчас в городской тюрьме?
— Да, и суд уже начался, если хочешь его от каторги спасти, то поторопись.
— Спасибо. Я побегу, нужно помочь суду не совершить ошибку. Примите, уважаемый, мою благодарность.
— Да чего уж там. Пустяки. Мне это ничего не стоило, а твоё стремление помочь невиновному делает тебе честь.
Шерлок мчался во весь дух. Одно дело — дать показания в суде и повлиять на его исход, другое — пытаться вернуть осуждённого с каторги. В зал суда он вбежал совершенно запыхавшись. Чем обратил на себя внимание всех в зале и главное — судьи.
— Врываться так в помещение суда без уважительной причины, это неуважение к суду.
— Досточтимый судья Марк. Я так спешил сюда потому, что только что от одного из стражников узнал, что сегодня арестован некто Гуслик и уже идёт суд над ним.
— Да, и я удивлён тому, что стражник поделился с вами такой информацией. Ещё больше меня удивляет то, что вы хотите помочь преступнику, причём в зале суда. В этом его преступлении нет и не может быть сомнений. Он был схвачен одновременно с другими преступниками в воровском притоне. Посторонних туда пустить не могли. Это исключено, значит и Гуслик, и все прочие однозначно виновны. К тому же, все они признали свою вину. Никто не захотел принести клятву всеми богами и таким образом снять с себя обвинения.
— Я нисколько не сомневаюсь в истинности ваших слов, досточтимый Марк. Но у меня есть важная информация. Изложить я её могу только лично вам. Дело очень секретное. Уверен, что вы со мной согласитесь, когда узнаете все обстоятельства этого дела. Готов принести при необходимости клятву всеми богами.
— Последний аргумент меня убедил, и я вам предоставлю пять минут моего времени. Суд объявляет обеденный перерыв.