Из нее мог бы получиться хороший спартанец. Что ж, большая часть панегириков звучит куда хуже.
Мастер-Шеф вздохнул, вывел на дисплей список личного состава и пометил Антона и Ли как пропавших при исполнении. Джон на секунду замер, глядя на остальные имена в перечне потерь; там был и его первый и лучший друг Сэм, а ведь Сто семнадцатый раньше и не замечал, что еще дюжина человек из его отряда тоже отмечена как потери.
Он сохранил изменения и закрыл список.
— Что с Келли и Линдой? — спросил Джон у Кортаны.
Кортана оторвала взгляд от пола и убрала с глаз прядку волос.
— Спартанка Восемьдесят семь, Келли, — заговорила она, меря шагами крохотный диск голографического проектора, — оправляется от ожогов второй степени, покрывающих семьдесят два процента поверхности ее кожи. Доктор Халси ускорила восстановление тканей, введя дермакортикальные стероиды. На полное исцеление ран уйдет несколько дней, но вот прежней ловкости в ближайшее время от нее лучше не ждать.
— А Линда?
— Запрашиваю информацию. — Молчание Кортаны длилось около секунды. — Доктор поместила Пятьдесят восьмую в медицинский блок уровня «альфа», расположенный тремя палубами выше. Ее по-прежнему держат в состоянии криосна и сейчас готовят к диагностической операции. Также мною получены указания подготовить несколько баков клонирования, чтобы вырастить органы для трансплантации.
— Значит, она жива? — уточнил Мастер-Шеф.
— Технически говоря, — ответила Кортана, — нет. — На ее лице проступило выражение искреннего сочувствия, но через мгновение вновь пропало. — Доктор и адмирал сейчас обсуждают возможные риски, связанные с попыткой разбудить Линду до прибытия к планете, где есть крупный госпиталь. Шеф, я уверена, что Халси введет тебя в курс дела, как только получит все необходимые данные.
Джон нахмурился. Ему не нравилось, что самомнение Кортаны все более усиливается. Это началось после того, как она подключилась к компьютерным системам Предтеч на Гало. Он отметил себе в памяти узнать у доктора о состоянии Линды, а заодно и поговорить насчет поведения ИИ.
— Весь остальной экипаж занят делом? — спросил Сто семнадцатый.
— Да, Шеф. Они пытаются починить наши корабли. В последнем бою мы получили тяжелые повреждения от попаданий плазменных торпед и столкновений с метеоритами. К счастью, оба судна сохранили структурную целостность. Реакторы «Геттисбурга» функционируют и выдают шестьдесят семь процентов первоначальной мощности. Реактор «Восхождения правосудия» отключен на время проведения ремонтных работ. Пять из семи плазменных орудий нуждаются в обслуживании. И, что еще хуже, двигатели флагмана серьезно пострадали. Мы не сможем выжать из них более трех процентов прежней скорости.
— А совершить прыжок через пространство скольжения? Или мы сели на мель?
— Прыжок возможен, — произнесла Кортана. Потом она покачала головой, словно старшая сестра, которой ее маленький братишка задал глупый вопрос. — Вот только ничего хорошего из этого не выйдет. Тот артефакт, что нашла доктор Халси, при переходе начинает испускать неизвестный тип радиоактивного излучения, от которого не спасают даже твои щиты. Полагаю, что летальную дозу мы наберем менее чем за семьдесят два часа. Кроме того, эти лучи могут послужить маяком для кораблей ковенантов, обшаривающих сейчас пространство скольжения.
— Значит, мы застряли где-то между системами?
— Ответ отрицательный, — сказала Кортана, и в ее голосе прозвучали ледяные нотки. — Адмирал Уиткомб настаивает, что мы должны все-таки совершить еще один прыжок, даже если это будет стоить людям жизни. В противном случае пройдут недели, прежде чем мы доберемся куда-нибудь, где можно было бы выйти на связь с главным штабом ККОН.
Главный штаб? Неожиданно два факта совместились: Уиткомб, готовый пойти на любой риск ради того, чтобы связаться с остальным адмиралтейством, и доктор Халси, поспешно пытающаяся реанимировать Линду.
— И что вынуждает Уиткомба так торопиться?
Выражение голографического лица Кортаны смягчилось.
— Я уже говорила тебе это, Шеф, но, похоже, находясь в полузабытьи, ты этого не запомнил. — Ее изображение вдруг стало более четким, и ИИ сложил руки на груди. — Ковенанты вычислили местоположение Земли.
Мастер-Шеф поднялся с койки, неожиданно полностью очнувшись и найдя где-то силы. Он отбросил в сторону усталость и боль.
— Объясни, — потребовал спартанец.
Кортана в общих чертах рассказала о том, как вышла на кодированное сообщение, скрытое под обычной перепиской ковенантов. Объяснила, что содержащиеся в нем приказы распространились по флоту с ужасающей быстротой, и продемонстрировала набор символов, указывающих на координаты Солнца и Земли.