Рука машинально дернулась в так и не закрытый ящик. Помимо бумаг там припрятан огнестрельный сюрприз.
Сделав несколько шагов вперед, девушка зацепилась взглядом за мою руку.
— Ты настолько осторожен, — вздохнула она, закатив глаза, — что это раздражает. Но револьвер в ящике стола, это не оригинально. Странный ты Гарн. Иногда непостижимый, но зачастую слишком предсказуемый. Не тянись к оружию, я тебе не враг.
Как-то странно начинается этот разговор. Да и сама Онилия ведет себя неестественно. Или наоборот — очень даже естественно, наконец-то сняв маску.
— Откуда ты знаешь про револьвер?
Третий револьвер я покупал тайно. Вернее, просто взял один из револьверов, что мы закупили для латников в качестве дополнительного оружия, и припрятал в рабочем кабинете.
— Я много что про тебя знаю, — таинственно улыбнулась Онилия, став сразу как-то старше.
Я моргнул, и впечатление прошло. Передо мной вновь сидела очень молодая и красивая, что скрывать, девушка, недавно закончившая академию доблести Веснота. Не тут ли порылась собака, размером со слона? Веснот — это север, а север — это третий принц.
Онилия пришла убеждать меня взяться за спасение господина? Так не стоит — все равно мне от этой почетной миссии не убежать. Не соглашусь командовать, пойду простым рыцарем. Права призыва никто не отменял. А тут у нас не городской совет его издавать будет, а представитель императора. Захочешь, не отвертишься.
— Думаю, ты и сам догадался, что я появилась в твоем окружении не просто так? — продолжила девушка. Усевшись на стул, она закинула ногу на ногу, и принялась отстраненно теребить длинные черные волосы.
— Догадался, — не стал спорить я. — Неизбалованный женским вниманием юнец, которому нет и двадцати. И три красивые девушки, что жаждут вступить в его только что созданный отряд… мы не в книге, чтобы подобное было просто случайностью — авторским произволом. Те, кто вас послал, решили пойти по простому пути, и сильно просчитались в расчетах.
— Бывает, — она равнодушно пожала плечами. — Ты стал слишком заметной и интересной фигурой. Такую нельзя оставлять без внимания.
— Не хочу быть фигурой.
— Мнишь себя игроком? — понимающе кивнула девушка, то ли со скрытой усмешкой, то ли с одобрением. — Весь фокус в том, что все мы всего лишь фигуры. Я, ты, принцы и даже император — всех нас двигают, зачастую против воли. Обстоятельства, долг, судьба — все вместе и каждый фактор по отдельности. Абсолютной свободы действий нет — это миф.
Пожалуй, за этот краткий промежуток времени мы обменялись большим количеством слов, чем за все предыдущее время знакомства. На фоне Бринны и Элле Онилия была самой неприметной. Этакая тихая мышка. Исполнительная, трудолюбивая, но при этом старающаяся не привлекать к себе лишнее внимание. Что при ее внешних данных не так-то просто.
— И чья же фигура ты? Третьего принца? — поинтересовался я, с интересом разглядывая молодую (а такую ли молодую?) девушку, словно только что ее увидел. В принципе, так и есть. Сегодня Онилия сбросила если не все, то большую часть своих масок.
Но зачем?
— Почти угадал, только номер перепутал. Я служу Сандору Олну, первому принцу.
А вот это неожиданно. У южан две свои академии доблести, зачем им выпускница из вотчины северян? Или на этом и строился расчет? Никто не подумает на юг, все сразу решат — причастен север. Что же, тогда расчет сработал.
Разумеется, Онилия может мне лгать. Но что-то непохоже. Да и зачем?
— И что же хочет Его Высочество. Дай угадаю — он не желает возвращения брата, и ждет, что я этому поспособствую своими действиями или бездействием? — скучающе поинтересовался я.
Интересно, сначала будет торг, а потом угрозы. Или все начнется сразу с угроз? Знаю я этих принцев и их представителей.
— Не угадал, — вновь удивила меня она. — Мой господин хочет противоположного. Ронг Олн должен целым и невредимым вернуться в империю.
Я так и замер, не успев дать довольно резкий ответ. Может мы и фигуры, и что-то там нас всех двигает. Но часть ходов мы можем совершать самостоятельно. Не прогибаясь на требования других, пусть и более сильных, но фигур. Да и связываться с принцами себе дороже.
Мысли понеслись вскачь, порождая одну невероятную теорию за другой.
— Необычная просьба. В чем подвох? — сдался я, так и не отыскав приемлемый ответ.
Онилия задорно улыбнулась.
— А его нет. Внутри императорской семьи существуют строгие правила. Борьба за власть — это одно. А физическое устранение соперника — совсем другое. Более того, есть негласное правило — помогать друг другу в случае опасности. Взамен проигравшим претендентам на престол, их наследникам и последователям ничего не угрожает. Императорская семья сделала выводы из прошлой смуты. Повторять этот опыт никто не намерен.