Но всё быстро вернулось в норму. Годунов был отходчивый и никогда не срывал злость на ком-то, кроме виновных.
— А как там прошло это соревнование?
— Медведев забрал себе тотем, а первое место отдал Семёну Голицыну. Сказал, что ему совершенно не нужен приз от Годуновых.
Только сейчас император повернулся, словно не поверил в услышанное.
— Что же там за тотем такой был, раз он лучше приза от императорской семьи?
Романов закашлялся и явно смутился, чем подогрел интерес императора ещё сильнее.
— Воздушный шарик.
— Опять сиськи?
— И они тоже. На этот раз всё целиком. То есть вместе с телом весьма узнаваемой для жителей империи личности. Если бы я не знал, что Благославенный уже отправился в мир иной, то решил бы, что это его рук дело.
Пару секунд император пребывал в замешательстве, а затем улыбка сама появилась у него на лице.
— Неужели тем шариком оказалась Орлова?
— Она самая. В купальнике, с телом девяностолетней женщины и надписью на латыни — LUPA. Перевод нужен?
Император отрицательно покачал головой.
— Петя, делай что хочешь, но переверни всю империю. Загляни под каждый камень, в каждую трещину, нору, дупло. Доберись до дна даже самых глубоких луж, но скажи, что Симонов действительно мёртв. Кто ещё, кроме него, додумается до подобного?
— Только Благославенный не боялся гнева своей бывшей жены. Я вот теперь думаю, как бы удержать её от визита в Светлый? Максим тащил тотем за собой на ниточке с таким счастливым выражением лица… Было много свидетелей, и даже кто-то снимал.
— И, конечно же, ты в той неразберихе, что началась после выявления агентов Ковена, не смог проконтролировать всё? — император ехидно посмотрел на друга, и тот кивнул ему. — Езжай-ка, Петя, в Светлый и жди. А я пока попробую перехватить эту старую бестию. Вроде у неё ещё осталось уважение к императору.
— Как будет свободное время, загляни на почту. Я скинул видео, — едва сдерживаясь, сказал Романов, но через мгновение он услышал смех императора и с удовольствием присоединился к нему.
— Кто это прислал? — яростно спросила Любовь Орлова, некогда Симонова, одна из сильнейших магов империи и очень склочная натура.
Слуга принёс ей ноутбук, на экране которого была выведена фотография какого-то мальчишки лет шести, в белой майке и синей панаме с изображением смеющегося смайлика. А в руках у мальчика была верёвка, к которой привязан воздушный шарик, выполненный точной копией Орловой. В купальнике с огромным бюстом, и на этом шарике было написано «Проститутка» на латыни.
— Я уверена, что этот ублюдок всё ещё жив! Больше никто не осмелится выкинуть подобную шутку. Виктор, подавай машину, мы едем искать этого мальчишку, он мне расскажет, где взял шарик. И вообще всё, что я не спрошу!
Глаза старухи налились жидким огнём. Изо рта у неё стали вырываться языки пламени, а из носа и ушей повалили тонкие струйки дыма.
Она едва сдерживала себя, чтобы полностью не вспыхнуть. Но ремонт после подобного обходится слишком дорого. Даже для мага её уровня и достатка.
Слуга уже стоял в огнеупорном костюме и ждал, когда госпожа подтвердит свои распоряжения. Но раньше, чем это произошло, раздался телефонный звонок, и он поднял трубку.
— Госпожа, это Борис Алексеевич Годунов. Сказать ему, что вы сейчас не можете подойти?
Орлова закашлялась, подавившись собственным дымом, и начала размахивать руками.
— Для императора я всегда свободна, — прохрипела она. Затем прокашлялась и только после этого взяла трубку. — Борис Алексеевич, вы же уже видели? Кто-то должен ответить. Шутки старого маразматика преследуют меня даже после его смерти. Это издевательство!
Глава 9
Первый раз в первый класс. Это точно не про меня. Поэтому ничего интересного или нового я там не увидел.
Да, мама расчувствовалась, сетуя на то, что я совсем большим стал. Папа тоже украдкой от всех смахнул скупую мужскую слезу. Даже Смурфики, которые уже перестали быть синими, и те явно были растроганы.
Всё же их наказание завершилось. Установленный Романовым срок вышел. Теперь они могут возвращаться к скрытому наблюдению.
Единственный, кому мой поход в школу не понравился, стал Каспер. Всю дорогу, пока мы стояли на линейке и слушали напутственные речи директора, учителей и родителей, он бубнил о том, что это пустая трата времени.