— Уверен, что впереди вас ждёт светлое будущее. В добрый путь. А теперь я хочу передать слово представителям родителей.
Директор указал на женщину с очень пышными формами, в леопардовом платье, замысловатой причёской и боевой раскраской, не хуже, чем вчера у моих бравых индейцев.
Вот только раньше, чем эта дама сделала шаг к трибуне, с которой вещал директор, там оказался Каспер, и я активировал ключ-руну.
А неплохо вышло.
Только интересно, почему Каспер появился в семейных трусах и босиком?
— Кроме Максима больше некому это сделать. Иллюзии всегда были коньком Симонова. И мальчик явно пошёл по его стопам, — наблюдая за записью с линейки школы №1 города Светлый, рассуждал Пётр Дмитриевич.
Рядом с ним находилось ещё три человека. Ведущие аналитики ведомства, которым необходимо рассчитать риски, связанные с пребыванием Медведева в обычной школе.
В учебное заведение для магов, что он, что его родители категорически отказывались переводиться. В принципе, причина была вполне понятна. В Светлом такой школы не было.
Ближайшая находилась в элитном посёлке, расположенном совсем рядом с областной столицей. Там обучались дети тульских магов.
А Романов и император хотели, чтобы Максим отправился учиться в Новую Слободу. Небольшой городок под столицей, где находилась лучшая в империи школа магии для младших детей.
— Вы обратили внимание, что перед появлением этой иллюзии сопровождающего Максима старшеклассника заменил Семён Голицын? — спросил один из аналитиков. — Откуда он вообще там взялся?
— Всё очень сложно. Но если кратко, то перевод парня из столичной школы состоялся буквально за несколько минут до начала линейки. Я сам узнал об этом всего час назад.
— Похоже, Лев Арсентьевич решил во что бы то ни стало свести внука с наследником силы Симонова. Или мы что-то не знаем, и после вчерашнего у парня прибавилось сил?
Аналитики переглянулись, пытаясь вспомнить последнюю поступившую информацию, но там точно ничего не было о наследнике Голицыных. Слишком мало времени прошло с контакта. Даже если он действительно стал сильнее в магическом плане, об этом слишком рано говорить.
— С Голицыным будем разбираться потом. Сейчас необходимо найти выход, как сделать так, чтобы обезопасить обычных учеников и при этом не ущемить Медведева.
— Пётр Дмитриевич, при всём уважении к вам, но я совершенно не понимаю, почему все так носятся с мальчишкой? Приказу императора никто не может противиться. Его родители просто не смогут отказаться. Ведь так было со Скворцовыми, с Вороновым и даже с Шуйскими.
— Здесь всё гораздо сложнее, — глядя вдаль, начал Романов, решая, рассказывать аналитикам или нет. Но в том, что ни одно слово из этого кабинета не покинет его стен, он был уверен. И это стало решающим фактором. — Всё дело в Симонове и его завещании. Благословенный прямым текстом сообщил, что если мы будем пытаться принуждать его преемника или его семью к чему-либо до того момента, пока мальчишка не закончит начальное обучение, то на империю будет наложено благословение.
Аналитики переглянулись, прекрасно понимая всю серьёзность этого заявления.
Прошлый первый всадник хоть и был любителем пошутить, но никогда не бросал слов на ветер. И его недавнее появление на Воробьёвых горах доказывает, что даже после смерти остались сюрпризы. Поэтому пренебрегать этим предупреждением точно нельзя.
— Хотя бы известно, что за благословение? — спросил один из аналитиков.
— В том-то и дело, что известно. Эжедневная пятичасовая эрекция у всех мужчин на территории империи от 16 до 90 лет.
— Жёстко.
— Крайне жёстко.
— С таким точно нельзя шутить.
Практически одновременно произнесли перепуганные аналитики.
— Вот поэтому нам и нужно найти способ сделать так, чтобы Максим сам попросил перевести его в спецшколу.
— Есть у меня одно предложение. Но оно подразумевает небольшое давление на Медведева со стороны Годуновых, — сказал самый молодой среди аналитиков, разглядывая часы, подаренные ему императором за помощь в предотвращении сильнейшего кризиса с Австрией, который был очень выгоден Норманам.
— Опять неправильно. Такими темпами ты никогда не сможешь преодолеть барьер Годуновых, — наверное уже в сотый раз сказал Каспер, наблюдая за тем, как я пытаюсь избавиться от своего наказания.