А ещё она — маг.
Вот самый настоящий маг, который имеет самовосстанавливающийся магический резерв. И восстанавливался он в зависимости от того, как много магии применяли поблизости. А в школе магии её применяют очень и очень много.
В придачу к резервуару лестница заполучила несколько десятков заклинаний в свой арсенал.
В основном все действовали непосредственно на саму лестницу.
Ступени в определённый момент могли превратиться в горку или резко стать выше, ниже и так далее. Могли превратиться в эскалатор. Причём едущий в одном направлении. И неважно, нужно тебе подняться или спуститься, будешь двигаться в том направлении, куда решила лестница.
Пару раз бывало так, что она становилась бесконечной. Действовал этот эффект почему-то исключительно на преподавателей. На тех, кого не очень любят дети. Азарская здесь была вне конкуренции.
Когда проявлялся этот эффект, человек вставал на лестницу и шёл нескончаемо долго. И понять в этот момент, что находишься под действием заклинания, невозможно. Правда, рассеять его очень просто — достаточно простого прикосновения другого человека.
Когда ученики поняли принцип работы этого заклинания, они начали старательно избегать даже случайных прикосновений к учителям на лестнице. Десятый класс таким образом избегал занятий по геометрии и алгебре, которые вела Азарская.
Пока то же самое не поняли учителя. Так возле лестницы появился специальный человек, который должен трогать всех, кто топчется на месте.
Ещё лестница могла не только удлинять путь для учителей, но и сокращать его для учеников. Особенно тех, кто опаздывает на урок или в столовую. Стоило такому ученику встать на лестницу, как следующая ступень для него уже была конечным пунктом.
Там было ещё много заклинаний, действие которых можно описывать очень долго, но остановимся на этом.
Выговор мы получали лично от главы тайной канцелярии.
Тяжёлый у него ремень с металлической пряжкой и оттиском двуглавого орла. Потом этот оттиск почти месяц не сходил с наших ягодиц, напоминая о содеянном.
После этого Ленка сказала, что припомнит это Романову и обязательно вернёт с процентами. Мы как-то не придали её словам значения и сделали это очень зря. Тогда впервые юные всадники показали силу четырёх.
Чувство стыда не проходило долгие годы, но, повторюсь, наверное, в тысячный раз, оно того стоило.
— Через две недели будет аттестация по измерению потенциала, а затем распустят на каникулы. Чем собираетесь заниматься? — спросила у нас Ленка, когда мы сидели у меня в подвале и медитировали.
Дело крайне важное и невероятно полезное для любого мага. Особенно для тех, у кого был переизбыток силы и управлять ей они ещё толком не могли. Как раз наш случай.
— Мадонна настаивает на том, чтобы мы обязательно посетили особняк моего предшественника. Говорит, что там есть материалы, которые помогут на следующих этапах обучения.
— Рихард говорит то же самое.
— А Илларион привёз с собой эти материалы, — произнёс радостный я, наблюдая за тем, как кривятся ребята.
Не знаю, то ли смотрители первого всадника как-то по-другому относились к своим обязанностям, но, судя по рассказам ребят, их помощники и в подмётки не годились Иллариону.
Это словно сравнивать спортивный суперкар со стареньким «Енисеем» отца. Вроде и то, и то машина, вот только между ними огромная пропасть в возможностях и умениях.
— Правда, он не даёт их, пока я не принесу аттестат об окончании первого класса, и там не будут стоять пятёрки по всем магическим дисциплинам. И не сдам какой-то экзамен. Какой именно, пока не говорит.
— У тебя с этим точно проблем не будет. Как и у нас, — отмахнулась Мира. — Мы сейчас спокойно можем сдавать экзамены девятого класса. Силы точно хватит.
— А вот знаний и умений нет, — констатировал Гришка и с горя захрустел печеньем, которое три дня назад приготовила мама. Нам с папой как-то не зашло, как и девчонкам, а вот Воронов уплетал за обе щеки.
— А ты сама чем планируешь заниматься? — спросил я у подозрительно молчавшей Ленки.
Обычно, когда она задаёт подобные вопросы, первой же всё и выкладывает. Сейчас же смотрит на нас как-то подозрительно и улыбается.
— Тоже нужно будет сгонять за наработками прошлого хозяина Добби. Он мне уже все уши прожужжал. Приставучий попался до ужаса. И главное, что отец всегда встаёт на его сторону. Бесит, страшно, но не так, как Романов…