Сразу после этого они начали ворочаться, что-то говорить во сне, а один даже хныкать. Не прошло и десяти секунд, как вскочил первый охранник, осмотрелся по сторонам и, наткнувшись на красные глаза Миры, в ужасе бросился в сторону школы. Вскоре за ним подорвались и остальные, поскуливая, словно увидели самого жуткого монстра, что можно только представить.
Уже через полминуты после этого Мира стояла рядом с нами и улыбалась как ни в чём не бывало. Словно это не она только что напугала до поросячьего визга трёх взрослых мужиков, наверняка прошедших горячие точки и повидавших много всякого разного, отчего нормальный человек не смог бы нормально спать.
— Страшная ты женщина. Никогда не буду с тобой ругаться, — произнёс я, после чего мы поспешили по домам.
К тому же в школе сработала сигнализация. Видимо, охранники слишком уж испугались кошмаров, что на них наслала Скворцова.
— Максим, ты уверен, что не нужно с тобой никому идти? Всё же твоя первая аттестация. Я слышала, что для магов это очень важный день, — спросила меня мама перед выходом из дома.
— Точно, мам. Ничего там интересного не будет. Да и ты же знаешь, как я отношусь к тому, что мне несказанно повезло стать наследником «самого Андрея Благословенного», — здесь я, как всегда, закатил глаза и воззвел руки к небу. Отчего мама лишь улыбнулась и покачала головой.
Пока никому не нужно знать, что я постепенно пересматриваю своё отношение к магии. А в будущем и вовсе стану одним из самых рьяных защитников униженных и оскорблённых, то есть магов. Правда, до этого ещё очень далеко, а пока меня ждёт первая в жизни аттестация.
Возможно, самая весёлая за последние десятилетия и уж точно самая запоминающаяся не только для нас, но и для членов аттестационной комиссии.
Папа высадил меня за квартал до школы и отправился на работу.
Оказывается, в Новой Слободе, несмотря на всю привилегированность городка, не было ни одного нормального механика, и чтобы починить машину, необходимо было ехать в столицу. Поэтому папа быстро нашёл для себя работу и был нарасхват. У него уже очередь расписана на пару месяцев вперёд.
А мама устроилась по прежней специальности и теперь отвечает за патриотическое воспитание новослободской молодёжи. В том числе и детей аристократов, что возлагает на неё дополнительные обязательства. Поэтому работает она не покладая рук, а все домашние дела совершенно незаметно перешли к Иллариону.
Но он даже рад такому развитию событий. Ждёт не дождётся, когда я пройду аттестацию и выставят оценки за год, чтобы передать наследие своего бывшего хозяина.
Родители у меня при деле, как и обещал Романов. Но и я не занимаюсь битьём баклуш. Вот сегодня и посмотрим, чему наша четвёрка смогла научиться за первый учебный год в школе магии.
На дворе стояло тринадцатое мая две тысячи двадцать седьмого года. Солнце уже грело по-летнему, кругом всё зеленело и цвело, летали бабочки, пчёлы и прочие труженики мира насекомых. Настроение было отличное. Пахло чем-то очень вкусным. А через две недели будет наш общий день рождения.
Что может быть лучше? Только сегодняшняя аттестация, на которую приехали очень влиятельные люди.
Мало того что территория школы всегда была закрыта для всех, кроме учеников и персонала школы, сегодня она была закрыта даже для них. Допуск был только у нашей четвёрки и аттестационной комиссии.
Поэтому папа и высадил меня так далеко от школы. Просто дальше нельзя было проехать. Всё перекрыли машины тайной канцелярии. До школы можно было добраться только пешком.
По пути меня догнала сперва Мира, которая начала приставать со всякими глупостями и спрашивать, действительно ли я теперь буду её бояться, а потом к нам присоединились и Гришка с Ленкой.
Хоть они и жили довольно далеко друг от друга, но в школу всегда приходили вместе. Как я понял, у бедного парня просто не было выбора. Рыжая каждый день заезжала за ним на родовой машине.
— А вот и наши самые воспитанные, прилежные и перспективные ученики, — расплылась в фальшивой улыбке Ольга Леонидовна, стоило нам войти в школу.
Обычно она называет нас совершенно другими словами, а тут перед членами императорского рода вон как запела. Не лоботрясы, бездельники, хулиганье и маргиналы, а самые прилежные и перспективные ученики!
Мы с ребятами переглянулись и с трудом смогли сдержать смех. Здесь нам помог Бродский. Вернее, его яростный взгляд, который он переводил с нас на Азарскую, явно не ожидая от неё подобной подставы.