— А они есть. Теперь я это точно знаю. Возле дома Ленки для нас устроили ловушку, — произнесла Мира.
Одновременно с её словами начал действовать и наш зелёный помощник, бросившись в сторону и мгновенно расплетая центральный клубок.
Сотни тонких побегов создали что-то вроде щита, который несколько раз содрогнулся, а затем бешеный огурец дал ответный залп, выстрелив сразу из всех плодов.
На этот раз это было не гулкое уханье, а смачный такой выстрел, сопровождающийся громким хлюпаньем.
Под живым щитом моментально расплылась лужа зелёного сока, в которую упали побеги и принялись впитывать его, вновь заряжая столь странную артиллерию.
Но всё так же быстро прекратилось, как и началось.
— Егор! Твою же за ногу! Никогда бы не подумал, что ты тёмный маг. Это ведь была некромантия? — спросил я у появившегося Ефремова, в руке которого был один из побегов бешеного огурца.
От него в основную массу тянулось нечто чёрное, отчего растение стало на глазах увядать и разлагаться, превращаясь в питательный компост.
В этот же момент вокруг нас с Мирой начали появляться и другие оперативники. Какие-то слишком хмурые, злые и явно чем-то недовольные.
Здесь была ловушка, в которую мы сами и пришли.
Но кто говорил, что будет легко?
Глава 23
— Максим, Мирослава, на этом всё. Игра закончилась, и вы проиграли. Возвращайтесь по домам, и даю слово, что никакого наказания не будет. Даже с родителями вашими договорюсь, — проигнорировав мой вопрос, сказал Егор.
Сегодня я впервые увидел его в деле как мага и хочу сказать, что это весьма впечатляющее зрелище. Гришке до Ефремова ещё расти и расти.
Впрочем, и другие оперативники, что окружили нас, мало чем ему уступали. От каждого исходила невероятная мощь.
— Что будем делать? У нас почти не осталось магической энергии, — возник в голове голос Миры. И она точно не использовала свой подарок, а что-то другое.
Не знал, что она умеет так делать. И раз я её слышу, то и она меня должна услышать.
— Понятия не имею, но сдаваться так просто не собираюсь. Ленка говорила, что отправила к нам несколько малышей, а мы встретили только одного. Да и Гришка должен быть на подходе. Попробуй связаться с ними, а я пока потяну время.
Скворцова кивнула и уселась прямо на асфальт, подложила под себя ноги, закрыла глаза и замерла.
— Мирослава, не стоит. Разум всех моих коллег защищён. Несомненно, ты гораздо сильнее меня, но слишком проигрываешь в умении пользоваться своим даром, — произнёс оперативник, которого я довольно часто видел возле дома Миры.
Вроде Дмитрий Сафонов.
— Да что вы такое оба говорите? С чего это мы должны сдаваться и принимать поражение? Ничего ещё не закончено. Или ты, Егор, думаешь, что я зря столько времени просидел дома? Очень глупо с вашей стороны было не осведомиться, чем таким я там занимаюсь.
Энергии действительно почти не осталось. Судя по ощущениям, не больше пары Рю, но этого вполне хватит, чтобы устроить небольшое светопреставление.
К тому же я уже слышал где-то совсем рядом характерный грохот костей, а помимо него — шелест травы, и запахло цитрусовыми.
Понятия не имею почему, но надежда всегда пахла именно так.
Выходит, что Мира смогла связаться с Гришкой и Леной. Помощь уже близко.
Мои тренировки по контролю и вынужденная теоретическая прокачка не прошли даром. Хоть это и было очень сложно, но всё же вышло спроецировать появившийся в разуме образ на окружающее нас пространство.
Земля вокруг нас и под ногами вспыхнула символами, совершенно не имеющими никакого отношения к магии.
Буквально первое, что пришло мне в голову.
Но никто так быстро точно не сможет разобраться, что это за символы.
Поэтому первое, что сделали оперативники, — выставили защиту. Выставили её против моей магии, а вот против появившихся за их спинами скелетов и каких-то новых малышек Ленки они оказались беззащитны.
Бойца, который говорил, что защитил всех от магии Миры, сбила с ног костяная собака. При этом она сама развалилась на части, но свою работу выполнила на отлично.
Ещё двоих атаковали растения. Одного скрыло между огромными листьями, больше всего похожими на обычные лопухи, а второго начали обстреливать каштанами — круглыми, колючими домиками для семян.