Диди подошла ближе, посмотрела на застывшую женщину.
— Возможно, это защита. Некоторые вещи не должны быть поняты раньше времени. Если то, что связывает Хлою и Люцифера, часть большего плана, то преждевременное вмешательство может всё испортить.
— Или кто-то манипулирует событиями, чтобы держать меня в неведении.
— Тоже возможно.
Мы стояли в тишине застывшего времени. Я чувствовал раздражение, смешанное с любопытством. Тайна Хлои Декер не отпускала. Но Диди была права — Кризис требовал немедленного внимания. Мать, вмешивающаяся в изолированный сектор, была более срочной проблемой.
— Хорошо, — сказал я наконец. — Я отправлюсь туда. Найду Мать, поговорю с ней. Но, Диди…
— Да?
— Присмотри за ними. За Хлоей и Люцифером. Если что-то пойдёт не так, дай мне знать.
Она кивнула.
— Обещаю. Но, Михаил, будь осторожен. Кризис на Бесконечных Землях — не шутка даже для таких, как мы. Реальность там нестабильна. А если Мать действительно меняет ход событий…
— Я справлюсь.
Диди улыбнулась, но улыбка была грустной.
— Всегда такой уверенный. Это твоя сильная сторона и твоя слабость одновременно.
— Ты начинаешь звучать как Судьба.
— Мы сёстры, в конце концов. Некоторые черты общие.
Она подняла руку, коснулась моего плеча. Касание было прохладным, но не неприятным. В нём была поддержка, забота.
— Удачи, брат.
— Спасибо, сестра.
Диди начала растворяться, её форма становилась полупрозрачной. Но прежде чем исчезнуть полностью, она сказала ещё одно:
— И, Михаил? Когда увидишь её… не суди слишком строго. Мать делает то, что считает правильным. Как и мы все.
Она исчезла. Время дрогнуло, готовое вернуться в свой обычный ход. Я быстро коснулся лба Хлои, стёр из её памяти последние несколько минут. Для неё наш разговор просто продолжился без паузы. Она не запомнит мою странность, мою задумчивость.
Защита. Для неё и для меня.
Время возобновилось. Хлоя допила свой виски, поставила стакан на стол.
— Вы уверены, что с вами всё в порядке? — спросила она снова, не помня, что уже задавала этот вопрос.
— Да, — ответил я, вставая. — Но мне нужно уходить. Срочное дело.
— О. Жаль. Я думала, мы могли бы поговорить ещё.
В её голосе была искренность. Она действительно хотела продолжить общение. Что-то в ней тянулось ко мне, как и к Люциферу. Может быть, её природа чуда делала её чувствительной к присутствию небесных существ.
— В другой раз, — пообещал я. — Обязательно.
Хлоя кивнула, не настаивая. Я оставил деньги на столе, вышел из бара. Ночной воздух Лос-Анджелеса был тёплым, полным запахов города — выхлопных газов, еды из ресторанов, океана вдалеке.
Я отошёл в тень между зданиями, уверен, что никто не видит. Затем позволил своей истинной форме проявиться. Крылья развернулись за спиной, белые и сияющие. Аура архангела окружила меня, невидимая для смертных глаз, но ощутимая для тех, кто знал, что искать.
Сосредоточился на том секторе, который изолировал так давно. Множество параллельных Земель, каждая со своими героями, своими историями. Сектор, где фантазии и реальность смешивались, где обычные люди становились богами, а боги ходили среди людей.
И где сейчас, в момент величайшего Кризиса, присутствовала Мать.
Я шагнул вперёд, проходя сквозь слои реальности. Лос-Анджелес исчез. Земля исчезла. Я двигался через пустоту между мирами, через пространства, которые существовали только как концепции.
Мгновение и я был на месте. Стена появилась передо мной. Огромная, невидимая для большинства существ, но ощутимая как непреодолимый барьер. Я создал её из чистого порядка, из принципов, которые поддерживали структуру Творения. Она должна была держать героев того сектора внутри, предотвращать их бесконтрольное распространение по остальным реальностям.
И там, в центре стены, была трещина.
Тонкая, почти незаметная. Но она была. Сквозь неё просачивался свет — нет, не свет. Тьма. Живая, пульсирующая Тьма, которую я узнал бы где угодно.
Мать.
Я подошёл к трещине, изучил её. Не разлом от силы, не пробой от удара. Это было… открытие. Словно кто-то осторожно раздвинул края барьера, создал проход, который почти не нарушал структуру стены.