Прошло несколько часов с тех пор, как я начал создавать иллюзию. Работа оказалась более сложной и энергозатратной, чем изначально предполагал. Создание ложной сигнатуры жизни требовало не просто проекции света или звука, а манипуляции с самой энергетической структурой этого места, внедрения паттернов, которые имитировали присутствие живых существ на уровне, достаточно глубоком для обмана сканирующих технологий Системы.
Я материализовал примерно сотню ложных людей внизу на пустыре, каждый из них был конструктом из чистой энергии с зачатком души, обёрнутой в иллюзию плоти и одежды. Они двигались по заранее заданным паттернам, имитируя поведение выживших в постапокалиптическом мире — собирали несуществующие ресурсы, строили баррикады из обломков, иногда разговаривали друг с другом беззвучно, поскольку создание убедительных голосов требовало бы ещё больше энергии, которую я предпочитал сохранить.
Технология была примитивной по стандартам того, на что способны Архангелы в полную силу, но достаточно убедительной для сенсоров, которые Система использовала при выборе целей для вторжения. По крайней мере, я надеялся на это, потому что альтернативой было использование настоящих выживших в качестве приманки, и эта мысль всё ещё вызывала дискомфорт, который я не мог полностью подавить несмотря на понимание логической обоснованности такого решения с точки зрения расчёта.
Сигнатура была активирована несколько часов назад, и я транслировал её через различные слои реальности, надеясь, что сканеры Системы зафиксируют аномалию и классифицируют этот мёртвый мир как потенциально интересную цель для своих игроков. Мёртвый мир с признаками выживших — это должно было быть привлекательным сценарием для тех, кто искал новые вызовы и необычные ситуации в своих виртуальных развлечениях.
Ожидание растягивалось медленно, секунды казались минутами, минуты часами. Азраил не проявлял признаков нетерпения или беспокойства, стоял абсолютно неподвижно, чёрные глаза были устремлены вниз на иллюзорных людей, лицо оставалось бесстрастным и нечитаемым. Я не знал, о чём он думал в эти часы ожидания, возможно, медитировал как обещал, или просто наблюдал за движением конструктов с тем странным интересом, который он всегда проявлял к проявлениям жизни и смерти в любых их формах.
Потом пространство дрогнуло внезапно и резко, воздух над пустырём начал искажаться волнами, подобными тепловому мареву над раскалённым асфальтом. Я почувствовал знакомую энергетическую сигнатуру — квантовое зацепление активировалось, проход открывался между реальностями. Система откликнулась на приманку быстрее, чем ожидал, возможно, они уже сканировали эту область ранее и просто ждали подходящего момента для вторжения, или приоритет мёртвых миров с выжившими был выше в их системе классификации целей.
Разлом в пространстве расширился, края светились тем же синим светом, который видел в мире Фандриэля и других местах вторжений. Воздух трещал от напряжения энергий, сталкивающихся на границе между измерениями, звук был похож на разрывающуюся ткань, только усиленный в тысячи раз и резонирующий через всю окружающую местность.
Фигуры начали появляться из разлома одна за другой в организованном порядке, не хаотично, а методично, как солдаты, выходящие из транспорта на поле боя. Игроки Системы материализовывались в полной боевой экипировке, броня светилась теми же символами и энергетическими волнами, которые я уже научился узнавать, как характерные для их технологии. Оружие было разнообразным — мечи, копья, винтовки, луки, даже странные конструкции, назначение которых не было сразу очевидным, но все они излучали энергию, указывающую на способность наносить серьёзный урон.
Я начал считать количество прибывших, отслеживая каждую новую фигуру, выходящую из портала. Десять, двадцать, пятьдесят, семьдесят, девяносто, сто. Целая сотня игроков материализовалась на пустыре за несколько минут, и портал всё ещё оставался открытым, словно готовый пропустить больше при необходимости или обеспечить путь к отступлению, если ситуация станет слишком опасной для участников этого рейда.
Они формировались в организованные группы быстро и эффективно, каждая группа состояла примерно из пяти-семи человек, что соответствовало стандартному размеру партии в большинстве игр с групповым контентом согласно той информации, которую я получил от Соры и Широ во время наших бесед о механиках игрового дизайна. Командиры групп выкрикивали инструкции, их голоса были усилены технологией и разносились через весь пустырь с неестественной чёткостью, каждое слово было слышимым даже на нашей высоте несмотря на расстояние.