— Садитесь, — сказал я братьям. — Нужно поговорить о следующих шагах. Азраил согласился помочь, убедился в реальности угрозы. Теперь остаётся собрать последних двух. Уриила и Ремиэле. Потом можем планировать координированный ответ на вторжения Системы.
Рафаэль сел первым, выбрав кресло справа от меня. Азраил последовал за ним, занял место, напротив. Гавриил колебался дольше всех, смотрел на круг кресел с выражением, которое было трудно интерпретировать. Потом вздохнул, допил остаток виски одним глотком, поставил стакан на барную стойку и подошёл к нам медленно.
Он сел на оставшееся кресло слева от меня, максимально далеко от Азраила в пределах круга. Поза была напряжённой, спина не касалась спинки кресла, руки лежали на подлокотниках жёстко. Взгляд был направлен куда-то в сторону, не встречался с глазами Азраила напрямую.
Молчание повисло между нами тяжёлое. Музыка в клубе продолжала играть, саксофон выводил сложные импровизации, но звук казался далёким и приглушённым, как будто барьер отделял наш круг от остального мира. Я неосознанно создал небольшое искажение пространства вокруг нас, изолирующее разговор от посторонних ушей и глаз.
Рафаэль нарушил тишину первым, как часто делал в подобных ситуациях, когда другие братья молчали из-за гордости или старых обид.
— Михаил рассказал мне о Системе и вторжениях, — начал он спокойно. — Я видел результаты их действий собственными глазами, лечил раненых после одной из атак. Угроза реальна и серьёзна, это не преувеличение или паника. Нужен координированный ответ всех нас, иначе Творение будет уничтожено по частям, мир за миром.
Гавриил кивнул медленно, не отрывая взгляда от точки на стене, напротив.
— Я понимаю серьёзность ситуации, — сказал он тихо. — Михаил убедил меня во время нашего первого разговора. Просто не ожидал, что придётся работать вместе с некоторыми из братьев снова. Думал, что дни совместных действий закончились, когда Отец замолчал и каждый выбрал свой путь.
Последние слова были сказаны с лёгким акцентом, намёк был очевиден для всех в круге. Гавриил имел в виду Азраила, говорил о нём, не называя напрямую. Брат смерти не отреагировал на провокацию, просто продолжал сидеть неподвижно, чёрные глаза смотрели в никуда, лицо оставалось бесстрастным.
— Личные разногласия не важны перед лицом угрозы такого масштаба, — вмешался я твёрдо, прежде чем ситуация могла обостриться дальше. — Мы братья по созданию, служили одной цели миллиарды лет. Философские различия и старые конфликты должны быть отложены до момента, когда Творение будет в безопасности. Потом можете вернуться к спорам о природе смерти и воскрешения, если это всё ещё будет казаться важным.
Гавриил повернул голову, посмотрел на меня наконец. В глазах было что-то похожее на обиду или разочарование.
— Ты изменился, Михаил, — сказал он, повторяя слова Рафаэля из более раннего разговора. — Раньше ты не командовал братьями, не диктовал, что важно, а что нет. Ты стоял у Трона, следовал указаниям, но не вмешивался в дела других. Что произошло, что заставило тебя взять на себя роль лидера внезапно?
Вопрос был справедливым, я задавал его себе несколько раз за последнее время. Что действительно изменилось во мне, что заставило покинуть мысленно Трон после миллиардов лет ожидания, начать действовать по собственной инициативе, собирать братьев против их воли или желания?
— Необходимость изменила меня, — ответил я после паузы. — Увидел угрозу, которую никто другой не видел или не хотел видеть. Отец в том числе. Попытался действовать один, но не смог. Одна из моих Частиц была уничтожена полностью, стёрта из существования существом из другой реальности. Это показало мне, что даже мы, Архангелы, уязвимы перед этим врагом. Даже я не могу защитить всё Творение в одиночку.
Я посмотрел на каждого брата по очереди, встречая их взгляды прямо.
— Поэтому прошу помощи, не приказываю, — продолжил я спокойно. — Каждый из вас свободен отказаться, вернуться к своим делам, продолжать существование, которое выбрали после молчания Отца. Но тогда примите ответственность за последствия. Когда миры начнут исчезать один за другим, когда Система дойдёт до центральных областей Творения, до мест, где вы сейчас находитесь, будет слишком поздно для организованного сопротивления.