— Не могу отпустить их, — всхлипнул Ремиэль в мою грудь, слова были приглушёнными тканью но слышимыми ясно. — Они нуждаются во мне, нуждаются в историях которые даю им, в смысле который вкладываю в их существование. Без меня они просто души блуждающие через бессмысленные циклы перерождений где страдания случайны и бесцельны, где никто не заботится достаточно чтобы дать им повествование с началом серединой и концом которая имеет значение.
Я гладил его по голове медленно, успокаивающий жест который помнил из тех времён когда младший брат был молод и приходил с вопросами или страхами которые не мог понять самостоятельно.
— Они нуждаются в свободе больше чем в смысле который навязываешь извне, — сказал я мягко но твёрдо, голос не содержал осуждения только правду которую нужно было услышать. — Каждая душа имеет право на собственный путь, на выборы которые полностью её собственные даже если эти выборы ведут к страданиям или ошибкам, на возможность расти через опыт который не контролируется автором пишущим сценарий заранее.
Ремиэль отстранился, посмотрел мне в глаза, детское лицо было искажено смесью боли и протеста.
— Но Отец ведь молчит, — голос был отчаянным, полным той самой боли которая разрушила его изначально. — Как я могу дать им свободу без руководства? Без знания что правильно, что Отец хотел бы для них, как могу доверять что их выборы приведут к чему-то хорошему? Когда не знаю больше что хорошо означает в мире где высшая воля больше не проявляется.
Вопрос был ядром проблемы, корнем всего что пошло не так с Ремиэлем после молчания Отца. Он не мог функционировать без внешнего источника морального руководства, без указаний которые говорили что делать в каждой ситуации, без подтверждения что действия соответствуют высшему замыслу.
— Отец молчит для всех нас, — ответил я честно, не пытаясь приукрасить реальность или дать ложную надежду. — Каждый брат нашёл способ жить с этим молчанием, адаптироваться к миру где решения принимаем сами без указаний свыше, где моральность определяем через собственное понимание добра и зла которое развивалось миллиарды лет служения и наблюдения за Творением.
— Но я не могу, — Ремиэль всхлипнул снова, голос ломался. — Не могу доверять собственному суждению, не могу быть уверен что выборы которые делаю правильны без подтверждения Отца. Страх ошибиться и причинить вред парализует меня брат. Поэтому создаю истории где контролирую всё, где знаю точно что каждое действие ведёт к заранее определённому результату который считаю хорошим.
Я держал его, давал время эмоциям течь, не прерывал, не пытался исправить чувства которые были настоящими даже если реакция на них была деструктивной. Младший брат плакал в мои руки, годы накопленного горя и страха выливались наружу, возможно впервые с момента когда Отец замолчал.
Через несколько минут всхлипы стихли, дыхание выровнялось, тело расслабилось в объятиях. Ремиэль отстранился снова, вытер слёзы тыльной стороной руки, детский жест который был трогательным в своей простоте.
— Что будет со мной если отпущу их? — спросил он тихо, голос был наполнен страхом который был понятным. — Истории это всё что у меня есть, единственное что даёт смысл существованию после того как Отец забрал цель которую вкладывал в меня при создании. Если отпущу души вернусь к пустоте которая была до того как начал творить повествования, не смогу выдержать это снова, не хочу возвращаться в то состояние где каждый момент был мучением от бессмысленности.
Сердце сжалось от боли которую слышал в словах брата. Эмпатия данное мне Отцом, которую чувствовал к его страданию была глубокой несмотря на понимание что его действия были неправильными. Что удерживание душ в своих историях было формой пленения даже если мотивированной любовью, а не злым умыслом.
— Найдём новую цель вместе, — пообещал я, голос был твёрдым, полным уверенности которую не совсем чувствовал но нужно было проецировать для брата который нуждался в якоре. — Наши братья собираются, Гавриил, Рафаэль, Азраил, Уриил, скоро придёт Аменадиэля, все вместе снова впервые за миллиарды лет, работаем над проблемой которая угрожает Творению. Появился враг, внешняя сила которая вторгается в миры, убивает цивилизации. И нужна твоя помощь, твоё понимание милосердия и баланса которое всегда было твоей силой.