Двое стражей стояли по обе стороны врат, высокие фигуры в доспехах из того же светового металла. Херувимы, многоглазые хранители порога, чья единственная функция была защищать границу между мирами смертных и обителью Отца. Они держали копья, острия которых могли пронзить саму ткань реальности, создавая раны которые не заживали без прямого вмешательства божественной воли.
Когда я ступил на серебряную мостовую перед вратами, оба херувима застыли. Все их многочисленные глаза одновременно фокусировались на моей фигуре, процесс занял долю секунды, но я видел момент узнавания который прошёл через их сознание как электрический разряд. Копья опустились мгновенно, острия коснулись земли в жесте почтения и подчинения.
Правый херувим склонил голову, движение было медленным и торжественным. Голос прозвучал как хор поющий в унисон, множество тонов сливались в один.
— Архангел Михаил, Первый среди братьев, страж Престола, защитник Творения. Серебряный Город приветствует твоё возвращение. Врата открыты для тебя и тех кто следует за твоими шагами.
Левый херувим добавил собственное приветствие, голос был похож на звон колоколов.
— Давно стены не видели света Первого из созданных. Радость наполняет сердца всех кто служит здесь. Входи и будь благословен в доме который построил своими руками.
Я кивнул, не останавливаясь. Слова благодарности застряли в горле, непривычные после миллионов лет молчаливого стояния у Трона без необходимости общаться с кем-либо кроме самого себя. Врата начали открываться до того как я достиг их, массивные створки разворачивались беззвучно на невидимых петлях, открывая вид на город за ними.
Серебряный Город раскинулся передо мной во всём своём великолепии. Башни устремлялись в небеса которых не существовало в обычном понимании, каждая была уникальной по форме но гармонично сочетающейся с остальными. Свет отражался от серебряных стен миллионами оттенков, создавая переливающееся сияние которое было одновременно успокаивающим и вдохновляющим. Улицы петляли между зданиями, вымощенные тем же серебряным металлом который не знал грязи или износа.
Ангелы заполняли улицы, тысячи их, может быть десятки тысяч. Они занимались своими делами, двигались между зданиями, разговаривали группами, выполняли задачи которые поддерживали функционирование города и самого Творения через связи которые простирались отсюда во все реальности. Их формы варьировались от почти человеческих до абстрактных конструкций из света и энергии, каждая отражала функцию и природу конкретного ангела.
Когда я переступил порог врат, один ангел заметил моё присутствие. Молодой серафим, шестикрылый хранитель священных песнопений, остановился посреди улицы. Его глаза расширились в узнавании, крылья распахнулись инстинктивно в жесте благоговения. Голос вырвался из груди громко, эхом отразился от стен окружающих зданий.
— Михаил! Архангел Михаил!
Слова пронеслись по городу как волна. Ангелы замирали где стояли, поворачивались в мою сторону, смотрели через стены города с выражениями которые варьировались от шока до неподдельной радости. Некоторые падали на колени прямо на месте, другие распахивали крылья в приветственном жесте, третьи просто стояли с открытыми ртами неспособные поверить в то что видели.
Молодой ангел с лицом ребёнка подбежал первым, не обращая внимания на других кто пытался его остановить. Он был из младших чинов, может быть служил всего несколько тысячелетий, ещё не научился той сдержанности которую демонстрировали старшие при встрече с высшими существами. Он остановился в метре от меня, запыхавшись хотя физическое тело не нуждалось в дыхании, глаза сияли восторгом который был почти осязаемым.
— Это правда? Вы действительно Михаил? Первый? Мы думали вы больше никогда не покинете Трон, что стоите там вечно в ожидании указаний Отца. Но вы здесь! Вы идёте по улицам как в старые времена когда город только строился!
Голос дрожал от эмоций, слова выплёскивались потоком без пауз. Другой ангел, постарше и более сдержанный, подошёл сзади и положил руку на плечо молодого, пытаясь успокоить.
— Прости его нахальство, Архангел. Молодость ещё не научила его подобающему поведению в присутствии Высших. Мы все рады твоему возвращению, но проявляем это с большим достоинством чем он.
Я посмотрел на молодого ангела, увидел в его лице искренность которая была редкостью среди старших чинов научившихся скрывать эмоции за масками почтительности. Улыбка тронула мои губы, первая из-за брата за долгое время.