— Тогда я найду способ запечатать их навечно, — сказал я.
— А если не найдёте? — спросил Индра. — Что тогда? Позволите какому-нибудь безумцу вроде этого японского бога бури заполучить их?
— Сусанно, — пробормотал Локи. — Да, он тоже здесь. И, кажется, ближе всех к цели.
Упоминание японского божества заставило всех напрячься.
— Мы знаем о его присутствии, — сказал Ганеша осторожно. — И о его… репутации. Если крылья достанутся ему…
— То хаос распространится на все миры вокруг, — закончил Агни. — Сусанно — бог разрушения. В его руках сила Люцифера станет оружием против самой реальности.
Я почувствовал, как гнев закипает в моей груди. Не на этих богов — они были правы в своих опасениях. Мой гнев был направлен на себя. Я слишком медлил, слишком много времени потратил на размышления и осторожность. Пока я спасал Адель и разговаривал с Локи, Сусанно приближался к своей цели.
— Где он сейчас? — спросил я резко.
Боги переглянулись.
— Мы потеряли его след час назад, — признался Ганеша. — Пандемониум… затрудняет отслеживание. Но последний раз мы чувствовали его присутствие в направлении центральных залов.
— Там, где Люцифер хранил свои самые ценные сокровища, — добавил Локи задумчиво.
— Тогда нам нужно двигаться, — сказал я, поворачиваясь к лестнице, ведущей дальше вверх. — Каждая минута промедления увеличивает его шансы.
— Подождите, — сказал Индра. — А что, если мы объединим усилия?
Я остановился, удивлённый предложением.
— Что вы имеете в виду?
— Временный союз, — пояснил Ганеша. — Мы все заинтересованы в том, чтобы не допустить Сусанно к крыльям. Вместе мы сможем найти его быстрее и остановить с большей вероятностью.
— А потом? — спросил Локи. — Когда Сусанно будет остановлен, что произойдёт с крыльями?
— Потом мы обсудим это как цивилизованные существа, — ответил Агни. — Возможно, найдём компромисс, который устроит всех.
Я посмотрел на каждого из них, взвешивая предложение. С одной стороны, больше союзников означало больше силы и лучшие шансы остановить Сусанно. С другой — это также означало больше претендентов на крылья и больше возможностей для предательства.
Эти духи…были слишком уверенны в своих силах. Они не замечали разницу между творением истинного Бога и собой. Оны были уверенны что их силы позволяет говорить на ровне с жителями Серебряного Города. Но Архангелы никогда не спускались в миры людей. Они никогда не посещали богов.
И никогда не показывали истинную Силу.
Но времени на раздумья не было. Где-то в глубинах Пандемониума японский бог бури искал силу, которая могла уничтожить все миры. И пока мы стояли здесь и спорили, он приближался к своей цели.
— Хорошо, — сказал я наконец. — Временный союз. Но я предупреждаю: если кто-то из вас попытается использовать эту ситуацию в собственных интересах, я буду относиться к вам как к врагу.
— Справедливо, — кивнул Ганеша. — Тот же принцип применяется и к вам, архангел.
Я покачал головой. Мы двинулись дальше группой, следуя по извилистым коридорам и лестницам Пандемониума. Замок казался живым — стены пульсировали еле заметным светом, а воздух был наполнен шёпотом голосов, говорящих на языках, которые исчезли тысячи лет назад.
По пути мы встретили ещё несколько групп богов. Тот, египетский бог мудрости, блуждал в одиночестве по библиотеке, стены которой были покрыты книгами, написанными на языках, которые ещё не были изобретены. Он кивнул нам, но не присоединился — его интересы лежали в области знаний, а не власти.
В большом зале, где пол был выложен мозаикой из звёздных карт, мы наткнулись на Аполлона. Греческий бог солнца и пророчеств стоял в центре зала, глядя на потолок, который показывал не камень или штукатурку, а живое ночное небо с созвездиями, медленно двигающимися по предназначенным им путям.
— Аполлон, — поприветствовал его Локи. — Занимаешься астрономией?
Солнечный бог повернулся к нам, его золотые глаза были полны беспокойства.
— Я пытаюсь понять, что происходит, — ответил он. — Звёзды… они показывают странные конфигурации. Судьбы переплетаются способами, которых я никогда не видел. Что-то грядёт, что-то, что изменит саму природу реальности.