— Вы хотите ее найти? Давайте вместе попробуем, если вы не против. Меня тоже заворожила та история. К тому же я хочу помочь с поиском убийцы этой Бэллы. Вы уж извините, но для меня она так и останется Бэллой.
— Вы думаете, это реально? Я пыталась составить список больниц… — начала было Женя, но Клара, мягко остановив ее, сказала, что есть человек, тот самый стрелок, Сережа, который сам своими глазами видел ту женщину и уж точно знает, в какой больнице ей оказали первую помощь и откуда она сбежала, так и не дождавшись полицейского.
Клара позвонила Сереже, сказала, что есть важный разговор, они договорились о встрече, после чего она переоделась, и они с Женей поехали в Москву.
— Клара, но ведь прошло так много времени!
— Я знаю, что история болезни хранится в больнице двадцать пять лет. Но вряд ли ранение можно назвать болезнью. Понимаю, что шансов узнать ее фамилию и тем более адрес маловато, но все же! Возможно, Сережа знает. Я не стала ему пока ничего говорить, расскажем ему, кто вы и чем занимаетесь, при встрече.
Женя, не переставая удивляться открытости Клары, спрашивала себя, а чем она лучше? Не прошло и получаса, как она выдала ей все, что ей было известно о трех приятелях Чумантьевой. Конечно, своим откровением она как бы благодарила Клару за ее понимание — ведь Женя с самого начала призналась ей, что она, по сути, не имеет никакого отношения к правоохранительным органам, а просто человек, который решил помочь своему другу-следователю найти убийцу.
И теперь они, объединившись, едут на встречу с одним из стрелков. А как сам Сергей отреагирует на то, что его знакомая с легкостью выдала его? Хорошо, если с пониманием. Ведь если они помогут следствию найти убийцу Чумантьевой, то все три друга вздохнут с облегчением.
Не могла Женя и спросить, есть ли у Осина с Шишкиным алиби на момент убийства. Клара ответила, что Сергей Шишкин, если верить хронологии событий, озвученных Маковским, до того момента, как Валентин ему позвонил, находился в городе, зашел в мясной ресторан. И что проверить это можно будет по камерам. Осин же находился в своей кондитерской, что тоже будет легко проверить таким же образом.
Они уже заехали в Москву, когда позвонил Ребров. Женя, зная, как громко звучит голос в ее телефоне, решила сразу же дать понять, что она не одна, что разговор невозможен. Мало ли что собирается ей рассказать Ребров после допроса Маковского. Нельзя было допустить, чтобы Клара услышала этот разговор.
— Мне сейчас неудобно говорить, — начала она, но Ребров, не обращая внимания на ее предупредительные слова, гаркнул громко, словно вспарывая голосом воздух:
— Тело Чумантьевой исчезло из морга.
Его голос прогремел на весь салон! Сидящая рядом Клара ахнула и, прошептав «Матерь Божья!», добавила:
— Улетела!
21. Сентябрь 2025 г.
Лебедева, свидетель
Лиля Лебедева слегка прихрамывала (последствия автокатастрофы), но эта хромота ничуть ее не портила, даже наоборот, придавала ее облику некую хрупкость или даже шарм. Во всяком случае, мужчины из ее жизни не исчезли.
Она по-прежнему встречалась со своим старым знакомым, любовником Борисом, давно и надежно женатым. Кроме того, время от времени навещала в больнице переломанного и несчастного кузена Владимира (того самого, по чьей вине они и разбились на машине, он был за рулем), с которым отважилась вступить в связь еще в юности лишь только потому, что была уверена, что его мать забеременела от кого угодно, но только не от ее родного дяди, а потому у них разная кровь.
Лиля проживала в частном доме в Раменском и прежде работала в местном ресторане официанткой, но после того как повредила ногу, перешла в посудомойки, то есть продолжала работать в том же ресторане.
Понятное дело, что чаевых она лишилась напрочь, да и в зарплате потеряла, но хозяин заведения, Виктор Сергеевич, немногословный, добрый и вообще очень приятный во всех отношениях мужчина (женатый, разумеется), из жалости к ней время от времени, особенно когда был в настроении, приезжал к ней, привозил продукты и подкидывал деньжат.
Ему нравилась эта безотказная и добрая Лилечка, тоненькая блондинка с полной грудью, незамужняя, свободная и в свои пятьдесят не обремененная ни детьми, ни, соответственно, внуками.
Не отказывала Лиля и своему соседу, крепкому, ласковому и щедрому пенсионеру Михаилу, которого вынуждена была держать на расстоянии и соглашалась встречаться с ним лишь на его территории, поскольку всегда была начеку — ждала в гости непредсказуемого Виктора Сергеевича (он хоть и предупреждал звонком о визите, но мог появиться очень скоро; исключение составляли лишь ее выходные, на этот счет между ними существовала особая договоренность).