- Разошелся так разошелся, - Глен тоже хлопал. – Еще раз скажешь, что не умеешь речи толкать, я тебя цитировать начну.
- Надо в следующий раз пригласить стенографистов, чтобы все записали, - поддакнул Лерой и поправил фуражку.
- Ой, да идите вы, - Этан чувствовал, как у него горят уши, и быстро скрылся на капитанском мостике.
Постепенно начали прибывать пассажиры. Глен взял на себя ответственность за встречу, а Лерой остался с Этаном сверять маршрут в последний раз и настраивать радиосвязь с материком, но позже тоже умчался готовиться к запуску. Время текло медленно. Тревога нарастала, и О’Хейли не мог отличить ее от волнения.
По персиковому небу скользили лоскутки шелковых облаков. На палубах вспыхнуло освещение, и в приоткрытое окно задували сочные ароматы жареных лангустов с чесноком и сливочным маслом. Шипело шампанское, чинный фальшивый смех растекался липкой неприятной патокой. В противовес им корабль урчал. Двигатели, где-то там, под ногами, раскаленные добела уверенной рукой механика, дрожали и сопели в нетерпении.
Все замерло в ожидании и напряженное предвкушение брызгами прибоя зависло в воздухе.
- Старпом на мостике!
Этан отвернулся от окна и посмотрел на Глена, раскрасневшегося, умасленного вниманием к своей персоне. Банкет только начинался, нарядные гости собирались у подножия лестницы, тихо играл оркестр на самом носу корабля, украшенного флажками Олдейна, Ндзимы, Кападии и Зарибая.
- Нервничаешь? – Глен протянул Этану пару белоснежных перчаток. Тот непонимающе посмотрел на них, думая о своем. – Ты забыл в каюте.
- Спасибо, - капитан вздохнул. – Было бы странно, если бы не нервничал. - Старпом тоже не представлял собой образец спокойствия. Он слишком сильно сжал руки в кулаках и чересчур внимательно следил за гостями, словно ждал подвоха. – Сам то ты как?
Глен нахмурился, отвел взгляд и поджал губы, обратившись в натянутую струну и выпустив свои переживания на волю.
- Страшно, - коротко ответил он. – Постоянно в голове перебираю, все ли заказали, все ли подготовили, ничего не забыли? Документы, поставки, исправность всего… с ума уже схожу.
- По тебе не скажешь. Выглядишь… нормально
- То, что вы считаете меня раздолбаем, не значит, что я такой и есть, - Глен обиженно надул губы.
- Да знаю я, знаю, - тихий смех разрядил обстановку. Ховард расслабил плечи и устало улыбнулся, когда тяжелая рука капитана легла на плечо. – Ты ответственный и отличный старпом. Но еще и засранец.
- Ну, каким уж уродился.
Высокий трезвон связного аппарата взорвал зыбкую сосредоточенность команды. Напряжение зарядило воздух электричеством. Младший помощник штурмана взял медную трубку и приложил к уху, внимательно выслушал указания и повесил ее обратно. Он подобрался, и Этан внезапно вспомнил имя – Джерри. Хороший мальчишка, правильный, сосредоточенный.
- Капитан, - обратился он к О’Хейли. – Машинное отделение полностью готово к запуску.
Вся команда поднялась со своих мест и вытянулась. Восемь пар глаз смотрели на Этана. В груди потеплело. Ожидание закончилось.
- Что ж, джентльмены, - капитан вышел вперед. Его взгляд изменился, стал пронзительным, цепким и уверенным. – Давайте заставим эту посудину шевелиться.
Загнанность и беспокойство сменились азартом, и всем в комнатке показалось, что вот-вот за спиной Этана О’Хейли вырастут огромные крылья, подобные нарисованным на правом и левом бортах корабля. Он стал их опорой в одно мгновение, их путеводной звездой, и каждый чувствовал заразительную уверенность в этом сильном, высоком мужчине с глазами цвета утренней морской волны.
[1] Небольшая площадка на носовой мачте, откуда наблюдают за курсом корабля
Глава 3. Различия
Шептало шампанское, взрываясь пузырьками на дне бокала и вторя шуму волн, разрезаемых острым носом корабля. Далеко еще мерцали огни Рейвенпорта, но и они уже тускнели, поддаваясь неумолимому расстоянию.
«Орлан» медленно скользил по черной воде, подминал ее своим металлическим телом и радостно и свободно пыхтел дымом из огромных труб, пока на палубах прогуливались взволнованные люди. Маленькие и хрупкие, по сравнению с титаном, вышедшим в море Бронзы.
- Вы не представляете, как я рада вас видеть, - тонкая рука с длинными пальцами подхватила Линду под локоть. Аромат дорогих духов сменился табачным духом со сладковатой примесью в сушеной смеси.