- А это Мадам Рулин, - а вот на женщину в красном ципао он смотрел без страха. В отличие от своей сопровождающей, Мадам не кивнула, не поклонилась. Наоборот, она приосанилась и кокетливо повернула голову к капитану. – Она занимается антиквариатом, если я правильно понял.
Впервые Этан не испытал дискомфорт от такого жеста. Все в Рулин говорило о несерьезности, манерности, так что и во флирт она вкладывала исключительно вежливую дань собственному характеру, а не искренний интерес к персоне капитана.
- Вы совершенно правы, мистер Ховард, - только сейчас О’Хейли понял, что Рулин говорила на олдейнском без акцента, и звучала даже чище, чем некоторые коренные уроженцы страны. – Приятно, капитан. Очень приятно. - Рулин приложила тонкую трубку к губам и вдохнула табачный дым. - Позвольте поинтересоваться, - она обращалась сразу и к Этану, и к Глену, глядя то на одного, то на другого. Этан кивнул, и Мадам продолжила: - Когда я упомянула Греймшор, у вас была весьма любопытная реакция.
- Вы заметили, - снова стало неловко.
- Замечать реакции людей – моя работа, - объяснила Мадам. – Очень полезно, когда покупатель хочет сбить цену или обмануть меня. Пока никому не удалось.
- Понимаю, - О’Хейли сделал глоток из бокала, чуть отвернувшись, чтобы дым не осел на белом кителе. Рулин смотрела на него в ожидании. Мисс Уорен не принимала активного участия и казалась вовсе не заинтересованной, хотя тот изучающий взгляд так и прожигал голову. Глен посматривал то себе под ноги, то на Этана. Выглядел спокойным, но О’Хейли знал, что история про Греймшор его любимая. – Что ж, - капитан вздохнул, - те трое сумасшедших, которые протаранили пристань… ну…
- Это же вы? – внезапно сказала мисс Уорен, заставив офицеров обратить на нее все внимание. Она тихо рассмеялась. – Я тоже видела эти документы. Более того, мы с Мадам уже давно поддерживает дружеские отношения, и она писала мне об этом. Любопытство взяло верх, и я провела небольшое расследование.
- То есть, попросили разузнать отца? – вклинился Глен, и Этану захотелось отвесить ему смачный подзатыльник за такую дерзость.
- Мистер Ховард, женщина в Олдейне не настолько несамостоятельна, чтобы не расспросить нескольких человек, - леди пожала плечами. – Тем более, большой тайны из этого не делали, а ваш командир, в силу возраста, очень любит предаваться воспоминаниям.
Оставалось надеяться, что старый отставной адмирал рассказал юной девушке только события осады, и не вдавался в подробности жизни юных курсантов в академии. Этану вспоминать то время не очень хотелось, хотя провели его трое друзей весело. У Глена – иная ситуация. Он был центром почти всех скандалов, связанных с женщинами, за что едва ли не чудом не вылетел из учебного заведения со свистом.
Видимо, все эмоции были написаны на их лицах, потому что Мадам громко рассмеялась, привлекая вновь всеобщее внимание.
- Не волнуйтесь, джентльмены, - в улыбке мисс Уорен скользнули хищные черты. Она по-птичьи склонила голову вбок и посмотрела прямо Этану в глаза. – Остальные истории я распространять не собираюсь. Все-таки, - зашелестел шелк платья, когда леди отвернулась от них с намерением уйти, - это ваша личная жизнь, - а потом добавила так тихо, что никто, кроме Мадам, не услышал, - и для меня не имеет никакой ценности.
По-хорошему, уходить из разговора подобным образом никто из общества не смел, поэтому Этан удивился, но ничего не сказал. А вот Ховард заметно расслабился. И только Рулин понимала, что кому годно приписали бы от такого плохое воспитание, но не носящей фамилию Уорен. Эта леди имела полное право поступать так, как ей заблагорассудится.
- Она не всегда такая, - Мадам приложила к губам мундштук длинной трубки, обращая на себя внимание и будто оправдываясь за поведение своей подруги. Этан решил, что это лучшее для них опредление, раз уж сама мисс Уорен упомянула переписку с Мадам. – Болезненный ребенок. Ей в толпе становится плохо от духоты и громких звуков, - объяснила она и как-то горько улыбнулась. Будто опомнившись, Рулин сбросила с себя внезапную грусть и вновь обернулась к мужчинам. – Так что же было в этой осаде? Мне ужасно интересно!
- Да в общем-то, - Глен искоса посмотрел на Этана. Тот поджал губы и медленно вобрал воздуха в грудь. – Вы все сказали. Осада длилась два месяца. Зарибайцы захватили территорию порта, а он раньше был отчасти и контрабандным.
- В изоляции они могли прожить не один год, - подхватил капитан. – Много подземных тоннелей, которые гвардия никак не могла отследить.