После отчета Глена, Этан сам быстро обошел судно. Он доверял старпому, но сердце было не на месте от волнения, и капитан решил лично удостовериться в готовности корабля к выходу в море.
Машинное отделение пахнуло в лицо всем жаром мощных печей. Их проверяли в последний раз, отчего корабль стонал в нетерпении, но исполины-коленвалы неподвижно мерцали в свете огня. В закрытом помещении тут же взмокла спина под кителем. Огонь выжигал воздух, пожирая уголь за чугунными зубастыми створками, и с каждой секундой дышать становилось все сложнее.
Лерой сверялся с показаниями манометров и громко, перекрикивая нарастающий гул печей, раздавал указания: где давление сбросить, где поднять, а что не трогать. Рука быстро скользила в бортовом журнале, выводя цифры и значения, доступные и понятные, лишь самому Моррису.
- Вы как тут еще без сознания не падаете? – пришлось подойти к Лерою вплотную, чтобы тот услышал хоть слово из заданного вопроса.
Лерой же даже не посмотрел на капитана – он вообще редко обращал внимание кого-то, когда занимался со своими бесценными механизмами, но все же ответил:
- Мы привыкшие, - второй механик протянул Этану флягу с водой, а потом повернулся к дернувшему его за рукав Лерою. Тот перепроверил свои расчеты и крикнул своему заместителю прямо в ухо: - Третью линию на максимум!
Грохот через мгновение стал невыносим. Этан зажал ладонями уши и отвернулся. Голова начинала кружиться, а остальные рабочие в машинном отделении, похоже, чувствовали себя вполне комфортно. Кто-то работал в одних брюках со спущенными подтяжками, некоторые расстегнули рубахи, измазанные копотью. Они все отличались друг от друга, но из-за почти фанатичного восторга от масштаба работы выглядели, словно родственники. И эта маниакальная восторженность – полностью заслуга Лероя, который умел заразить своей увлеченностью кого угодно.
Резко все стихло. Уши все еще не разложило, и голос Мориса доносился будто из-под слоя воды. Жар никуда не делся. Этан осмотрел высокий потолок и заметил перекрытые клапаны на трубах.
- Что ж ты раньше не сказал, что у вас проблемы вентиляции? – он указал наверх.
- Не успел, - Лерой подошел ближе и сунул капитану бортовой журнал с отчетами. – Гости жаловались на шум, так что хотел побыстрее все проверки закончить.
- И как?
- Все готово. Хоть сейчас выходить в море готовы.
Если уж Лерой сам так говорил, то все действительно в порядке. Вот только тревога отчего-то никак не уменьшалась. Этан почувствовал ее утром, списывал на волнение перед первым плаванием, но это даже близко не стояло к правде. В качестве капитана он уже ходил по морю, пусть и недолго. Да и корабль тогда представлял собой военную машину для убийств, а не круизный лайнер в спокойных водах. Глен тоже ходил весь остаток дня нервный, а вот Моррис, наоборот, представлял собой оплот надежности и безмятежности.
Оставив Лероя наедине с его детищем и заверив, что клапаны вентиляции приведут в действие, Этан оставил жаркое машинное отделение, чтобы обойти корабль еще раз.
Когда совсем стемнело, а стрелки на часах перевалили за цифру десять, Этан вернулся на капитанский мостик. Вместе со штурманом и рулевым они вновь сверили карты и маршрут. Перечитали отчеты о погоде. О’Хейли прошелся глазами по носовой площадке и вороньему гнезду[1] .
Прожектора ярко подсвечивали все вокруг. В мощном желтом свете даже часовая башня порта выделялась на фоне черного неба. Звезды не мерцали в свете тусклого новорожденного месяца, оставляющего зыбкую дорожку на глади спокойного моря.
Прожектора ярко подсвечивали все вокруг. В мощном желтом свете даже часовая башня порта выделялась на фоне черного неба. Звезды не мерцали в свете тусклого новорожденного месяца, оставляющего зыбкую дорожку на глади спокойного моря.
Лампа над головой хлопнула и осколками осыпалась в волосы. Резко заложило уши. Этан открыл глаза, не понимая, когда успел их закрыть. Пришлось напрячься, чтобы пробиться через дезориентацию. Еще один треск принес осознание, что слух плохо улавливает звуки. О’Хейли уже выбежал с мостика, не обратив на это внимания.
- Запасные прожектора! Зажигайте лампы! Быстро! — он съехал по перилам вниз на палубу и споткнулся обо что-то мягкое. - Оружие на изготовку! Смотреть в оба! Ховарда и Морриса ко мне!