<p>
</p>
<p>
</p>
<p>
А ведь и прав, дурак гороховый! Пошто мучать себя да корить за дело свершенное. Уж и так молитв посему отмолено да служб отстояно. Да и, что таить, очи так и ищут в толпе чернявую головушку. А чресла от воспоминаний ночи той судорогой сладкой сводит. И ни Царица, ни девка красная той тяжести снять не могут. А душе так тихо и покойно, когда Федя рядом. И колокола набатные в голове молчали.</p>
<p>
</p>
<p>
– Ох и дурак ты шутовской! – Царь Ваську по загривку рукой легонько оглаживает. – А ведь и прав ты. Федька служить мне верой и правдою будет. На цепь подле себя посажу! Нет на свете стража справнее, чем пес государств!</p>
<p>
</p>
<p>
========== Глава 11 ==========</p>
<p>
</p>
<p>
Сидит Федька в горенке на скамье и в окно глядит. А там… снег хлопьями с неба валит, будто пухом лебяжьим землю укрывая. У амбара Гришка Мажаев молодых стрельцов веселит, силушку свою богатырскую кажет. Под рысака подлез да поднять его на плечах пытается. Стрельцы, подзадоривая, свистят ему да улюлюкают.</p>
<p>
</p>
<p>
Прошка Чебарь из оконца высунулся да с девкой молодой заигрывает. Уж не раз батогами бит был за дела свои полюбовные, а все не унимается. И ведь не так уж и красив, а девки от него млеют. Берет он их словом ласковым да взглядом лучистым.</p>
<p>
</p>
<p>
Вона тятя с Петькой-младши́м на двору стоят. Петька молод, для рукопашных боев не годен. Шибко легкий да мелкий. Вот отец его метко стрелять и учит. Пищаль в руки дает, а сам позади встает, перевязь-берендейку держит да смотрит внимательно, как Петька целится.</p>
<p>
</p>
<p>
Все эти картины мирные взор Федькин не ласкают. Сидит он, на подоконник оперши́сь, да думы думает: «Как же мне снова с царем сдружиться? Как к нему в душу да в постель влезть? Видеть он меня не хочет. Как ни пытался ему на глаза попасть, все толку нету. Бегает от меня, как заяц от гончей».</p>
<p>
</p>
<p>
Тут в оконце малое комочек снежный прилетел. Федька вздрогнул и на проказника глянул. Это Петька-мало́й ему со двора руками машет и смеется. Федька братцу рукой в ответ махнул и снова задумался.</p>
<p>
</p>
<p>
«Простофили! Пустышки никчемные! Вот Петька. Молод, да глуп. Мог бы на перинах мягких спать да есть с серебряного блюда. А он, дурень, в бой рвется.</p>
<p>
</p>
<p>
Гришке природушка силы дала немеряно. Все бы ему геройствовать. А с силою такой можно разбой учинять да золотишко грабить. Все лучше, чем за гроши животом своим рисковать.</p>
<p>
</p>
<p>
Прошка – баб любимец, да свой дар понапрасну на молодух тратит. А ведь мог бы барыню богатую охмурить да жить под ее опекою, как сыр в масле катаясь.</p>
<p>
</p>
<p>
А меня боженька красотой да умом наделил. Так чего ж я сиднем у окна сижу да сопли на кулак мотаю?! Зачем ждать, когда птица-удача в руки тебе прилетит? Самому ее надоть руками голыми за хвост хватать! Не зовешь меня к себе, государь? Не беда! Я сам к тебе явлюсь да разжалоблю».</p>
<p>
</p>
<p>
Вскочил Федька с лавки, тулуп овчинный нацепил, шапку на голову напялил, снял со стены нагайку да из дому в сторону конюшен направился.</p>
<p>
</p>
<p>
– Ты далече ли собрался? – воевода его окликает.</p>
<p>
</p>
<p>
– К государю, с прошением, – ему Федька кидает, на коня запрыгивая.</p>
<p>
</p>
<p>
– Вот и правильно, сынок, – воевода кивает довольно, – да проси у него поболее. Чтоб на всех Басмановых хватило!</p>
<p>
</p>
<p>
Федька только рукой махнул и бока коня верного пришпорил. Как стрела, из лука метко пущенная, в сторону царских хором понесся. Снег под конем белыми брызгами разлетается. Ветер льдинки в лицо ему кидает. Да не чувствует этого Федька. Мысли, как угли горячие, его душу жгут да телу замерзнуть не дозволяют.</p>
<p>
</p>
<p>
</p>
<p>
Федька быстрым шагом по дворцу прошел, охране головой кивнул. Те расступилися пред дверью в покои царские, вперед его пропуская.</p>
<p>
</p>
<p>
– Государь! – Федька к царю заходит и кланяется низко. – Не вели казнить. Вели молвить!</p>