<p>
</p>
<p>
– Дозволь войти, государь? – с порога Федька вопрошает.</p>
<p>
</p>
<p>
– Уходи, Федя! – царь испуганно на него смотрит. – Не могу я тебя более видеть!</p>
<p>
</p>
<p>
– Аль не люб я тебе стал? – Федька хмурится да кафтан длинный с себя скидывает.</p>
<p>
</p>
<p>
А под ним ткань тонкая да нежная. Через нее тело белое призрачно да призывно светится. На шее длинной бусы росою голубой рассыпаны. Запястья тонкие браслеты золотые сковали. Федька из рукава кафтана венок из каменьев дорогих вынимает да на головушку свою черную примеряет. И светятся его глаза как звезды яркие в небе темном. И губы алые в улыбке размыкаются.</p>
<p>
</p>
<p>
– Изыди! – Царь тихо шепчет, но глаз от красоты той оторвать не может. – Грех это! Не можно мне до того в глазах божьих опускаться. О душе своей мне думать надоть!</p>
<p>
</p>
<p>
– О душе твоей пусть игумен Филипп заботится! А я токмо о теле твоем пекусь, – Федька сказывает да подле Царя на колени садится. – Истосковался я по любви да по ласке твоей, люба моя! Послушай, как сердечко мое в груди бьется!</p>
<p>
</p>
<p>
И руку Царя к себе тянет. Рука та дрожит, но не упирается. Ложится она на ткань тонкую и чувствует жар тела молодого да горячего.</p>
<p>
</p>
<p>
========== Глава 24 ==========</p>
<p>
</p>
<p>
Так и год прошел. Осень ранняя землю дождем моет. Небо тучами хмурыми заволокло. Деревья за окном ветками голыми, как плетями, машут.</p>
<p>
</p>
<p>
Душит тоска темная Федьку. Сердце клещами стальными сжимает. Не радует его ни стол богатый, ни жена любящая, ни наследник маленький. Федька на цыпочках к колыбели подходит да на сына спящего смотрит.</p>
<p>
</p>
<p>
– Что же будет с нами? – шепчет он да головушку маленькую рукой гладит. – Как нам выжить в это время смутное? Как в немилость царскую не впасть?</p>
<p>
</p>
<p>
– Федя? Чего не спится тебе? – жена спросонья ворчит. – Петеньку разбудишь!</p>
<p>
</p>
<p>
– Спи! – Федька жене отвечает. – Светает ужо. Мне к заутрене пора.</p>
<p>
</p>
<p>
</p>
<p>
Едет Федька улочками темными. По спине и голове его дождь барабанит, но не чувствует он этого. Мысли тревожные ему покоя не дают. Изменился Царь с тех пор, как Филипп приехал. Поначалу ждал Федька, что, как игумен в Московию переберется, все снова на круги свои возвернется. Да не тут-то было.</p>
<p>
</p>
<p>
Царь Федьку сторонится. Старается с ним наедине не оставаться. На собраниях глаза отводит. Не смотрит в очи черные да горячие. Но ежели случится их глазам встретиться, вспыхивают царские огнем страстным. Вот тогда Федька лучшее платье на себя надевает да как вор в опочивальню царскую пробирается.</p>
<p>
</p>
<p>
А уж там он знает, что делать. Только вот пугает его государь. Бьется жарко он в теле Федькином. Руками сильными бедра до синяков сжимает. Поцелуями огненными кожу обжигает. Только вместо слов ласковых, губы царские молитвы шепчут, от чего у Федьки по спине мурашки бегают.</p>
<p>
</p>
<p>
А как слезет Царь с Федьки, сразу власяницу надевает, на колени перед иконками падает да поклоны бьет. И чего бы Федька ему ни молвил, головы не поворачивает. А опосля этого уезжает он в Московию к митрополиту Филиппу. А Федьку в поход дальний отсылает.</p>
<p>
</p>
<p>
По двору слухи идут, что прошло времечко любимца царского. Что теперь главный его советник – митрополит Московский и что только его теперь Царь слушает и только ему и доверяется.</p>
<p>
</p>
<p>
Федька от всего этого с ума сходит и, дабы всю злость свою высвободить, лютует страшно в походах. Режет и жжет направо и налево, не щадя никого. Кафтан его походный запахом плоти паленой да крови пропитался. Сабля острая, кости человечьи рубить устав, покорежилась.</p>
<p>
</p>
<p>
С каждого похода Федька Царю «гостинец» везет. То руку врага его отрубленную, то голову, то сердце вырезанное. Приезжает в слободу, в хоромы царские заходит. А перед докладом о подвигах своих из сумы плоть мертвую достает, перед Царем ее выкладывает да говорит:</p>
<p>
</p>
<p>