— Всего-то! — удивился Дима. — А я думал, опять вскрывать серверы попросишь! Тебе вместе с историей, или ну ее?
— Мне нужно нынешнее состояние. Карты, схемы подземных сооружений, рельеф местности…
— Когда?
— В течение трех часов.
— На тот же адрес?
— Да.
— Я пришлю.
— Спасибо! — искренно поблагодарил Хитрого Роб и, дав отбой, «побежал» дальше.
Первым делом, он зашел в интернет-кафе, но новых писем ни от кого, ни по одному из адресов не оказалось, что, в принципе, было вполне ожидаемо.
«Но я должен был проверить, ведь так?» — что ж, с этим не поспоришь — должен, проверил.
Оставалось всего ничего — дождаться вечера, съездить вдвоем с Дюком на «Левый клык» и освободить Изи.
«И ведь мы не знаем ни того, сколько их, ни того, где они засели, — думал он рассматривая на экране компьютера спутниковую карту острова Эльф с серыми горбами укреплений врезанных прямо в скалу. — А что если у них там постоянная база, с периметром, охраной, сигнализацией? Ведь не ребята с улицы, не простачки! Если решились на охоту за мной и на похищение Изи, знали, на что идут. И вот еще, что любопытно — совпадение ли это, или интерес к Лизе как-то связано со мной?»
«Да, нет! — возражал он сам себе. — Как же они могут быть связаны два этих дела, если убит Блау! Какая связь, черт возьми?»
«И что за дикий интерес к „Третьей тактической“? Мало кто знает, о том, что нас девять, а уж настоящие имена… И, потом, зачем? В чем сокральный смысл?»
Вопросы, вопросы — множество разнообразных вопросов, на которые нет ответов. Тем не менее, одно ясно: с большинством вопросов придется разбираться, но не сейчас, а после освобождения Изи. Тактические же вопросы, в которых фигурировал остров, форт и охрана, предстояло решать в режиме реального времени, то есть, импровизировать на ходу.
Однако имелись и сомнения.
«Нас двое, — напомнил себе Роберт, — навыки и реакция уже не те, и оснащения никакого».
Впрочем, про оснащение — это он зря. Пока есть деньги, и открыты магазины, приобрести можно почти все. Даже оружие, если знать, что и где брать, но как раз это Роб знал. За три часа он объехал пять торговых центров, нигде не покупая больше трех-четырех наименований товаров, да и те, разумеется, не в одном магазине. Так что на встречу с Дюком Роб приехал с большой дорожной сумкой. В ней находились три черных спортивных костюма, три свитера, три пары черных кроссовок, две пары хороших — из тонкой кожи — перчаток и две вязаные горнолыжные шапочки с аккуратно вырезанными, с помощью, купленных в той же галерее ножниц, отверстиями для глаз и рта. Кроме того, в сумке Роба поместились два рюкзачка, собранных для короткого туристского маршрута: немного еды, фляги с водой и коньяком, аптечка, альпинистские веревки и металлическая мелочь типа стопоров и карабинов, топорик, ну и еще кое-какая дребедень на случай, если придется на день-два превратиться в робинзонов. А еще Роб купил две портативных четырёхваттных рации и гарнитуры к ним, гражданский бинокль ночного видения, и ножи. Ножей было несколько: пара бёкеровских складников с десятисантиметровыми лезвиями — родом из любезного сердцу Роба немецкого города Золинген, два канадских охотничьих ножа, ничем, собственно, не отличающихся от штык-ножей десанта, и еще купленная на распродаже пригоршня мелких кухонных ножиков, показавшихся Робу пригодными для метания. Ну и, разумеется, он прихватил с собой китайский клон кольта и монокуляр.
«Все свое ношу с собой, — подумал он, направляясь с автомобильной стоянки к причалу номер шесть. — Ну, где-то так и есть…»
Ее разбудил металлический звук. Он был глух и не слишком отчетлив, но имел для Лизы большое значение. Это был звук отодвигаемого засова. Лиза вскинулась, просыпаясь, сердце забилось в груди, и дыхание сбилось, как от быстрого бега.
«С ума схожу! — констатировала она с чувством беспомощной растерянности. — Еще немного, и вообще крыша поедет!»
В темнице — а в голову почему-то приходили сейчас лишь слова, относящиеся к определенному семантическому полю: «темница», «узилище», «каземат», — так вот, в узилище Лизы царил полумрак. Слабая лампочка добавляла к сумраку немного болезненной желтизны, но и только. Окон здесь не было, и Лиза даже не знала, день сейчас или ночь, потеряв во сне счет времени. Часы у нее забрали вместе с сумочкой, брошкой и кольцами, так что единственной надеждой на прояснение обстоятельств являлась «разговорчивость» охранников.
«Наверное, обед принесли или ужин», — успела подумать Лиза прежде, чем дверь отворилась, и стало понятно, как она ошибается.