Ленд Ровер Бабс подъехал к глухим железным воротам, покрытым потеками ржавчины и пятнами облупившейся краски, остановился, постоял чуть-чуть, и вдруг плита ворот пошла в сторону. Оказывается, несмотря на свой неказистый вид, это были нормальные современные ворота, поставленные на рельсы и приводимые в движение электроприводом.
«Разумно… — отметил Роб, наблюдая за тем, как открывается въезд на территорию завода. — И замысловато. Но, учитывая сферу интересов Бабс, о которой я знаю не так уж и много, вполне закономерно».
За воротами, а они начали закрываться едва обе машины проехали под низкой аркой из старого кирпича, лежала обширная, но крайне захламленная территория. Промышленный металлолом, кучи песка и гравия, остовы автомобилей, деревянные барабаны из-под кабеля и прочий строительный мусор — лежали, казалось, везде, куда не бросишь взгляд. Тем не менее, асфальтированная дорожка, — пусть это и был дрянной, пошедший трещинами и рассевшийся асфальт — попетляв немного между завалами мусора, вывела машины на задний двор, где в тени деревьев спрятался, оказывается, вполне приличный гараж. То есть, в далеком прошлом, это приземистое здание, построенное все из того же бурового кирпича, скорее всего, являлось заводской котельной. От той поры осталась и железная, сильно проржавевшая труба, по-прежнему, устремленная в небо, но котлы и прочая механическая требуха были демонтированы и выброшены, добавив высоты и объёма кучам разнообразного техногенного хлама, весьма эффективно закрывавшим, между прочим, обзор для любого любителя подглядывать со стороны. Освобожденная же от лишнего железа котельная превратилась в просторный гараж на три-четыре машины с бетонным полом, крошечной ремонтной зоной в углу, хорошим электрическим освещением и крепкими воротами, запиравшимися на обычный амбарный замок. Впрочем, замок, как и следовало ожидать после знакомства с въездными воротами, оказался чистой бутафорией. Настоящий замок был электромеханическим и, разумеется, кодовым. Барбара вышла из машины, сдвинула в сторону казавшуюся прочно приваренной к створке ворот железную полосу, и, набрав код на открывшемся табло, распахнула ворота.
— Милости прошу! — крикнула она, присовокупив к словам недвусмысленный жест, и, вернувшись за руль, первой въехала в гараж.
«Все чудесатее и чудесатее», — хмыкнул про себя Роб. Он уже понял, разумеется, насколько непростой девушкой является Барбара Баумгартен, но продолжал, тем не менее, удивляться, открывая для себя все новые и новые «штрихи к портрету».
— Дюк, будь добр, запри ворота! — попросила Барбара, когда Роб въехал вслед за ней под высокий свод и припарковал свой БМВ рядом с Ленд Ровером и давно немытым поношенным Рено.
— Симпатичное место, — констатировал, как бы между прочим, Дюк, и направился к воротам.
— Это ты еще «лежку» не видел! — довольно улыбнулась Бабс.
— Какую «лежку»? — недоумение Изи было искренним, но и Роберт пока ничего не понял.
— Крестного отца смотрела? — вместо ответа спросила Барбара, вытаскивая из внедорожника одну за другой большие дорожные сумки на колесиках.
— Как все, — пожала плечами Изи.
— Там, когда война между кланами началась, боевики мафии перешли на казарменное положение, если помнишь, на чердаках, в основном. Я это «лежкой» и называю.
— Ну, отчего бы и нет? — Дюк захлопнул ворота и уже возвращался к Барбаре, чтобы помочь ей с сумками. — Так у тебя, Барби, здесь что, персональная «лежка»?
— Да, нет! — отмахнулась Барбара. — Какое там! Да, и зачем мне?