— Что значит, неродной? — удивился Роб.
— А то и значит! Представь, что французы снова перешли на латынь, вот и будет похоже. Говорят по-французски, а читают и пишут на латыни. Как тебе?
— Понял! — сообразил Роб. Он вспомнил языковую ситуацию в Танзании, и уже не удивлялся. — А что разговорный арабский так сильно отличается?
— Отличаются, — кивнул Дюк. — Как наш от немецкого. И еще учти, разговорных там не один, а много. По традиции называют диалектами, но на самом деле, давно уже самостоятельные языки. Ливанец на слух не всегда поймет саудита или египтянина. Полный облом, в общем, а читают все на одном и том же языке. Вот его мы в университете и изучали. Но мне хотелось научиться говорить, хотя бы на одном из диалектов, а учителей-то и нет. Наши арабы из пригородов, сам знаешь, голытьба. Своего языка толком не знают. Только материться горазды. Вот мне и посоветовали обратиться к Стефану. Он мужик образованный. Полковник, из хорошей семьи, к тому же христианин. Хорошую школу в Бейруте закончил, во Франции в Сен-Сире учился. Теперь здесь живет.
— Так он из Южного Ливана! — сообразил Роб. Он эту историю помнил. Как раз в 2000 все и произошло. Израильтяне ушли из Ливана, и все, собственно. Южан быстро задавили. — Как же их? Джунуби, джануби… Черт! Не помню!
— Не заморачивайся! — усмехнулся Дюк. — Но, если приспичило, их «Джайш Лубнан аль-Джануби» называли. Армия южного Ливана. Но, сам знаешь, эта армия была и кончилась. Впрочем, Стефан успел не только ноги унести, но и кое-что из имущества вывез, — кивнул он на салон-гостиную. — А вот с сестрой проблемы возникли. Ну, я ему тогда и помог. Смотался в Ливан по-быстрому, и все такое…
«Все такое» — могло оказаться чем угодно, но только не увеселительной прогулкой.
— Ладно, проехали! — не стал развивать тему Роб. — Ну, скоро они там?!
Дело шло к часу дня, и желудок напоминал о «наболевшем», все-таки последний раз ели еще в отеле. Самое позднее — часа в два ночи. Пора бы и ленч устроить. Но где там! Дамам простого душа показалось мало. Пошли «успокаивать нервы» в сауну, благо у полковника Стефана Марана на барже даже финская баня нашлась.
А между тем, Роб и Дюк с утра пораньше, то есть, часиков в девять, смотались по-быстрому на Беркс и накупили там, в маленьких магазинчиках верхних улиц много вкусной еды: буханку пшеничного хлеба, масло и сыр, копчености в ассортименте, двухлитровый термос айнтопфа с фасолью, касселером и говядиной, и, разумеется, литр яблочного бренди из Лаге. Напиваться никто и не думал, — ночью им всем предстояло работать, — но вот поднять тонус — совсем другое дело.
И вот все эти чудные вкусности нарезаны и разложены на блюда и тарелки, айнтопф томится в духовке на малом жару, и местный кальвадос остывает в холодильнике, но, увы, дамы задерживаются, и мужчинам остается только одно — ждать.
— Как думаешь, почему они нас сразу не взяли, на марине, скажем, или на заводе? Зачем было устраивать засаду именно в гостинице? — У Роба имелись на этот счет определенные подозрения, но он решил, послушать сначала Дюка. Одна голова хорошо, две — лучше. Особенно, если вторая принадлежит ученому.
— На заводе все-таки вряд ли, — не согласился Дюк. — У Барби там настоящая крепость!
— А они об этом, откуда могут знать?
— Тоже верно, — согласился Дюк. — Но тогда, вопрос сводится к тому, кто они такие, и какими ресурсами обладают?
— У нас, в принципе, как бы ни три группы образовалось, — начал размышлять вслух Роб. — Первая, это те, кто на третью тактическую охотится. Они выглядят серьезными людьми, хорошо подготовлены, и ресурсы у них приличные: связь, машины, оружие… Наверняка, и специальное оборудование имеется. Вот только они, похоже, ни с одной официальной структурой не связаны. Слишком грубо действуют, агрессивны и нечистоплотны. И вдобавок иностранцы. Южноафриканец и немец, — достоверно, но, скорее всего, есть и другие. К тому же стиль у них своеобразный. Они резкие и чуть что начинают стрелять. Эти двое, которые меня в гостинице ждали, похожи, скорее, на оперативников уголовной полиции или охранной компании, вроде тех, кто стерег мою квартиру. Бывшие полицейские или военные… И они свои, Дюк, в смысле, местные. Да и по документам — как минимум, двое из «Оракула».
— Но ведь в отеле тоже стреляли, и калибры у них ого-го! — Возразил Дюк.
— Стиль другой, — не согласился Роб. — Они, мне кажется, из той же группы, что устроила засаду у меня дома и за нашими девочками следила. А то, что стреляли… Возможно, у них просто приказ изменился.