ГЛАВА 8
Как не спешил Гирхарт, но насколько дней передышки у стен Кадана он своим людям позволил. Его агентура уже разнесла по всей Западной Рамалле призыв присоединиться к нему всем, почитающим себя мужчинами и врагами Коэны. Теперь требовалось время, чтобы принять пополнение и разобраться с ним не на скорую руку, а основательно. А желающих было предостаточно, численность войска, несмотря на неизбежные потери, достигла почти шестидесяти тысяч человек, и это считая лишь воинов. Правда, больше половины — новобранцы, но это дело поправимое. В ближайшие дни и даже недели боевых действий не предвидится, будет время превратить толпу в солдат. Да и пополнить запасы провизии и фуража перед дальней дорогой не мешало, и проверить снаряжение — тоже. Опять не хватало лошадей и оружия, опять нужно было подсчитать и рассортировать добычу, выделить долю, предназначавшуюся войску, обратить в деньги то, что нельзя везти с собой и закупить необходимое для дороги, позаботиться о раненых, похоронить убитых, назначить новых командиров, раздать награды… Словом, дел хватало.
Вечером последнего дня стоянки Гирхарт собрал большой военный совет. Он всё чаще ловил на себе вопросительные взгляды своих офицеров, гадавших, что будет дальше. Они с боями прошли всю Рамаллу и вышли к границе Старой Коэны — коренным землям, с которых начиналась Империя. Было самое время удовлетворить любопытство сначала командиров, а затем и солдат.
Сначала выслушали доклады, полученные от агентов из столицы. Новости были вполне предсказуемыми: в Коэне если и не паника, то что-то очень близкое, спешно проводится новая мобилизация, набрано уже больше тридцати тысяч, и, кроме того, отовсюду, где позволяет обстановка, стягиваются расквартированные в провинциях войска, оставляя порой только городские гарнизоны. Тимейл Сави смещён и отправлен в отставку, остатки его войск стоят на месте и, видимо, войдут в состав формирующейся армии. Новым командующим назначен Халдар Орнарен.
Услышав это имя, Гирхарт поднял бровь. Оно было знакомо ему и немудрено — вряд ли кто-нибудь, прожив в Коэне хоть несколько месяцев, мог не знать его хотя бы понаслышке. Даан же имел честь быть знакомым с ним лично, хотя и не слишком близко, из-за разницы в возрасте — Орнарен был лет на пятнадцать старше Гирхарта. В пол-уха слушая доклады о состоянии дел в своем войске, Гирхарт вспоминал всё, что ему было известно об их будущем противнике.
Род Орнаренов был не слишком знатным, но играл довольно видную роль в жизни Империи. В политике Халдар не слишком преуспел и был известен главным образом своей поистине трепетной любовью к деньгам, кои он и добывал всеми возможными способами, не брезгуя ничем и не стесняясь в средствах. Любви народа и двора это ему не добавляло, но Орнарена терпели, сквозь пальцы глядя на его художества — слишком многие от него кормились. Он неплохо зарекомендовал себя на военной службе во время Внутренней войны, получил чин генерала, но после воцарения Эргана Кравта вышел в отставку, якобы по состоянию здоровья, почти все годы гражданской войны безвылазно просидел в глухой провинции, и лишь незадолго до её окончания вновь вернулся на службу — к Арнари, естественно. Его считали толковым офицером, опытным, знающим и исполнительным, но без особого воображения. После окончания войны он занял штабную должность, позволяющую не слишком утруждать себя службой, и с новым пылом занялся преумножением своего состояния, за несколько лет став одним из самых богатых людей Империи.
Гирхарт счёл это назначение вполне закономерным. Вести четыре войны разом, включая неудавшийся поход против пиратов — это не шутка, и у императора в Коэне просто не осталось опытных военачальников. Алькерин наконец понял, что штабные крысы и карьеристы для борьбы с повстанцами непригодны и назначил человека, который хоть что-то смыслил в военном деле.