С самой ветреной из женщин.
А я давно искал такую —
И не больше, и не меньше.
Да только вот ругает мама,
Что меня ночами нету
И что я слишком часто пьяный
Бабьим летом, бабьим летом.
Клёны выкрасили город
Колдовским каким-то светом.
Это омут, ох, это омут —
Бабье лето, бабье лето.
Как у Волги иволга…[9]
Как у Волги иволга,
Как у Волги таволга,
Обожгло крапивою,
Вспомнилось недавнее,
Как тебя, счастливую
Вел по лугу за руку,
Подпевая иволге,
Обрывая таволгу.
Помнишь, по над берегом
Наши песни затемно.
Отчего ж небережно
Берегли что найдено.
Неужели на меже
Это было найдено,
И неужели нами же
Это все раскрадено.
Поле взмокло ливнями,
Почерствело травами,
Реже слышно иволгу,
И завяла таволга.
Это все недавнее
Или все старинное,
Как у Волги таволга,
Как у Волги иволга.
Где ж ты, лето красное,
Где ж вы, ночки быстрые,
Осень зреет астрами,
Обсыпая листьями.
Осень вновь ненастная,
Да и ты неласкова,
И как будто мыслями
Не со мной, а с листьями.
1956
Ю. Кукин
Волшебник
Где ж ты, мой добрый волшебник?
Я до сих пор не летаю.
И невидимкой не стать мне,
И неразменных нет денег.
Лампу ты дал Алладину,
Хитрость — Ходже Насреддину.
Пусть не шагреневой кожи,
Но дай мне что-нибудь тоже.
Радости дай дай и печали,
Чтобы встречал и встречали,
Чтобы меня понимали
И чтобы всех понимал я.
Чем опечалена туча?
Радость какая у листьев?
Горд чем цветок? Что все значит?
И отчего люди плачут?
Где ж ты, мой добрый волшебник?
Я до сих пор не летаю.
Видишь — стою на коленях,
Хоть сам придумал тебя я.
Говоришь, чтоб остался я…
Говоришь, чтоб остался я,
Чтоб опять не скитался я,
Чтоб восходы с закатами
Наблюдал из окна,
А мне б дороги далёкие
И маршруты нелёгкие,
Да и песня в дороге мне,
Словно воздух, нужна.
Чтобы жить километрами,
А не квадратными метрами,
Холод, дождь, мошкара, жара —
Не такой уж пустяк!
И чтоб устать от усталости,
А не от собственной старости,
И грустить об оставшихся,
О себе не грустя.
Пусть лесною Венерою
Пихта лапкой по нервам бьёт,
Не на выставках — на небе
Изучать колера.
И чтоб таёжные запахи,
А не комнаты затхлые…
И не жизнь в кабаках — рукав
Прожигать у костра.
А ты твердишь, чтоб остался я,
Чтоб опять не скитался я,
Чтоб восходы с закатами
Наблюдал из окна,
А мне б дороги далёкие
И маршруты нелёгкие,
Да и песня в дороге мне,
Словно воздух, нужна!
1964 — начало 1965.
Город
Горы далёкие, горы туманные, горы,
И улетающий, и умирающий снег.
Если вы знаете — где-то есть город, город,
Если вы помните — он не для всех, не для всех.
Странные люди заполнили весь этот город:
Мысли у них поперёк и слова поперёк,
И в разговорах они признают только споры,
И никуда не выходит оттуда дорог.
Вместо домов у людей в этом городе небо,
Руки любимых у них вместо квартир.
Я никогда в этом городе не был, не был,