— Что это за штука у тебя на шее?
— Мой амулет. — Эффи извлекла из-за ворота камень величиной со сливу, серый, ничем не примечательный, самый некрасивый во всем ее собрании. В нем была просверлена дырочка с протянутой сквозь нее грубой бечевкой. — Инигар продырявил его прошлой весной, и теперь я могу носить его на теле, как все остальные.
Райф взял его в руку. Не особенно тяжелый, не особенно холодный — обыкновенный камень. Райф выпустил его, снял Эффи с колен и встал.
— Пойдем-ка поищем что-нибудь на ужин. Анвин Птаха весь день варила ветчину, и если ее никто не остановит, мы никогда уже не избавимся от этого запаха.
Эффи принялась собирать свои камни. Под кожей у нее на руках просвечивали косточки. Райфу было больно это видеть. Он непременно позаботится, чтобы она теперь ела как следует.
Спрятав камни в кроличью сумочку, Эффи взяла Райфа за руку, и они вместе вышли из молельни. Хорошо было наконец избавиться от дыма. Короткий подземный коридор, ведущий к круглому дому, освещали высоко пробитые щели. На дворе уже смеркалось. Всего два часа пополудни, но зимой это почти ничего не значит. Через месяц дневного света, можно сказать, вовсе не увидишь, и все, кто живет на землях клана в своих усадьбах, поселках и лесных хижинах, придут зимовать в круглый дом. Народ уже начал прибывать, но Райф не думал, что причина этому — зима.
Когда они с Эффи вошли в большие сени, Анвин Птаха как раз встречала там новоприбывших издольщиков. Не тратя лишних слов, она велела им скинуть верхнюю одежду. Райф заметил, что плечи и капюшоны у них в снегу и что луки у всех троих натянуты и готовы к стрельбе. Старший, рыжеволосый гигант, которого, как припомнил Райф, звали Пайл Тротер, тащил на спине ослиную корзину, битком набитую стрелами и древками копий, а на шее у него висела манерка с говяжьим клеем. Делом чести для всех подданных клана было не являться в круглый дом с пустыми руками.
Райфу вдруг стало не по себе, и он потрогал вороний клюв у себя на груди. Он впервые видел, чтобы издольщик приносил в уплату за свое зимовье оружие, а не еду.
— Теперь ступайте погрейтесь у малого очага, а я пришлю к вам девушку с горохом и ветчиной. Подливки не осталось, так и знайте, только мясо и сало. — В голосе Анвин звучал вызов, но никто из пришельцев, даже Пайл Тротер, который был вдвое больше Анвин, а лицом его впору медведей было пугать, не посмел высказать какое-то недовольство. Анвин, привыкшая к всеобщему послушанию, кивнула. — Ступайте, ступайте. Там у огня греется мех с добрым элем.
Издольщики, чувствуя себя неловко в легкой нижней одежде и мягких сапогах, поспешили убраться прочь.
Анвин Птаха, управительница круглого дома, главная стряпуха и пивоварка, мастерица во всем, от родовспоможения до изготовления луков, обратила свой властный взор на Райфа и Эффи Севрансов.
— А вы двое где пропадали? — Впрочем, они могли не трудиться — Анвин, редко задававшая вопросы, на которые не могла ответить сама, не дала им и рта раскрыть. — В молельне, поди, сидели. Ладно. Ты, девонька, пойдешь со мной. Пусть другие беспокоятся, что ты опять сбежишь и тебя больше не найдут, — уж я позабочусь, чтобы ты получила на ужин горячие овсяные лепешки и полную плошку масла. Если ты еще немного похудеешь, Длинноголовый как пить дать примет тебя за деревце и воткнет в землю на выгоне.
— Длинноголовый сажает свои деревца на горке, а не на выгоне, — поправила Эффи. — И теперь все равно не пора.
Многочисленные подбородки Анвин негодующе заколыхались.
Райф прикусил губу, чтобы не улыбнуться. Рейна Черный Град и Эффи Севранс были единственными людьми в клане, способными отнять у Анвин дар речи.
Бормоча себе под нос что-то о нынешних девчонках, Анвин ухватила Эффи за шиворот и потащила на кухню. Камешки Эффи постукивали друг о друга, и Райф успел еще расслышать «чепуха» и «дурацкие каменюги».
Довольный, что Эффи попала в руки к человеку, который ее уж точно накормит, Райф вздохнул с облегчением. Одной причиной для беспокойства меньше на этот вечер.
Он прикинул, где в этот час может быть Мейс Черный Град. События, несмотря на одиннадцатидневный траур, назначенный Инигаром Сутулым, развивались быстро. Издольщики собирались в круглый дом раньше обыкновенного с оружием и смазкой для луков, окна молельни заколачивались и загораживались камнями, а этим утром Райф проснулся от лязга и тяжких ударов в кузнице, хотя еще и светать не начинало. Клан Черный Град готовился к войне, и это происходило под прямым надзором и руководством Мейса.
Райф сжал губы так, что они побелели. Этот человек хуже убийцы. Он прискакал домой с места побоища, чтобы извергнуть поток лжи. Райф покинул сени, сам не зная, куда идет. Он должен был найти Мейса и сам посмотреть, что еще замышляет человек, прочащий себя в вожди клана.
Внутри круглый дом представлял собой настоящий каменный муравейник. Коридоры, покатые дорожки и вырытые в земле ступеньки вели вниз: в комнаты без окон, житницы, амбары, оружейные кладовые и обращенные на север склепы, где некогда оставляли гнить кости врагов. В двух этажах под землей, в сырой каморке, Длинноголовый круглый год выращивал грибы. Все стены в комнатах были каменные, а сводчатые потолки поддерживались прочными смолеными столбами из кровавого дерева.
Здесь ничего не запиралось, даже арсенал. Кланник, ворующий у своих, считался ничем не лучше предателя, и ему быстро сорвали бы кожу со спины. Райф видел такое только один раз — это проделали с мягкоречивым ламповщиком по имени Веннил Друк. В его обязанности входило зажигать факелы в круглом доме, он имел доступ во все помещения и мог ходить где хотел, ни у кого не вызывая вопросов. Когда у Корби Миза как-то после ужина пропал красивый серебряный ножик, был обыскан весь круглый дом, и неделю спустя Мейс Черный Град нашел этот ножик, завернутый в листья щавеля, на дне котомки ламповщика.
Райф, сбегая вниз, сцепил зубы. На следующее утро Веннила Друка вывели во двор и уложили ничком на глину. Один острый кол ему продели под кожей спины на уровне плеч, другой — на уровне бедер. Потом его подняли за эти колья и подвесили между двумя лошадьми, а всадники погнали коней через болото к Клину. На полдороге кожа на спине у Веннила Друка лопнула, он упал наземь и умер еще до сумерек.
Кожу Веннила отдали Корби Мизу. Он почистил ею свой молот один раз, а потом выбросил.
Хмурясь, Райф спустился в хлев, расположенный прямо под сенями, где во время осады и в мороз держали лошадей и скот клана. Сейчас он был пуст. Ни один кланник не натаскивал своих собак, стоя посередине, ни одна женщина не присматривала за детьми, которых привела сюда поиграть. Райф остановился у входа. Хлев, самое обширное помещение круглого дома, в такие холодные дни обычно бывал полнехонек.
Райф постучал рукой по каменной кладке. Пришла пора навестить Большой Очаг. Сколько времени он провел в молельне с Эффи — меньше часа?
Переходы круглого дома делали узкими и извилистыми, чтобы их легко было защищать, если взломают главные ворота. Райф на бегу проклинал каждый поворот. Попробуй тут попади куда-нибудь быстро. Минуя кухонную стену, он услышал изнутри детский смех. Это его отнюдь не утешило. Чтобы дети играли в кухне у Анвин Птахи? Да скорее преисподняя должна замерзнуть!
Большой Очаг был главным верхним чертогом круглого дома. Новики, гости клана и все дети мужского пола, достаточно подросшие, чтобы самим найти свою еду и постель, ночевали здесь у огня. Почти все кланники и ужинали здесь, на кривых каменных скамьях у восточной стены. По вечерам все собирались сюда погреться, послушать разные истории, отведать чужого пива, покурить трубку, набитую сушеным вереском, поухаживать, попеть, поиграть в кости и сплясать танец с мечами. Это было Сердце Клана, и все самые важные решения принимались здесь.
Одолевая последние ступеньки, Райф уже почуял, что тут что-то не так. Дубовые двери Большого Очага были закрыты. Не останавливаясь, чтобы причесаться или оправить куртку, Райф толкнул их и вошел.
Пятьсот лиц обернулись к нему. Корби Миз, Шор Гормалин, Вилл Хок, Орвин Шенк и десятки других взрослых кланников собрались вокруг огромного выложенного песчаником очага. Рейна Черный Град, Меррит Ганло и еще около двадцати достопочтенных женщин тоже сидели у огня. На скамьях у стены ютились новики: двое братьев Шенк, Лайсы, Бык-Молот, Кро Баннеринг, Роб Ур, взятый в приемыши из клана Дрегг, и другие.