Шли годы и грифоны, вынужденные считаться с Эквестрией, ограничиваясь налётами на минотавров, лошадей, объединяющиеся племена зебр, постепенно превращались из воинов в ремесленников, пахарей, пастухов, а некоторые и вовсе занялись написанием книг. Из поколения в поколение становилось всё меньше тех, кто держал в лапах оружие, да и среди них преобладали бандиты, сбивающиеся в редкие отряды охотников, все достижения коих оканчивались нападениями на приграничные деревушки.
Вполне возможно то, что ещё за два-три поколения мирной жизни потомки самых яростных и опасных воинов полностью превратились бы в домашних птичек, на радость соседям стачивающих когти об деревяшки. Только вот зебры очень вовремя начали войну, чему (официально) послужило возвращение Найтмер Мун, притворяющейся принцессой Луной. В общем-то грифонам было наплевать, что именно послужило первопричиной конфликта, однако же с первых месяцев сражений, после того как с обеих сторон пролилась кровь, наёмники стали очень желанным товаром.
И вот были заброшены пахотные земли, затихли ремесленные мастерские, а на фронт сперва тонкими ручейками, а затем и полноводной рекой хлынули воины, подготавливаемые в лагерях старыми учителями, чьи семьи хранили и развивали воинское мастерство из поколения в поколение, даже когда это считалось позорным.
В империю потекло золото за найм отрядов как от пони, так и от зебр (они не гнушались воевать за обе стороны, официально изобразив раскол на два лагеря), а уже на эти деньги закупались материалы, оборудование, оружие и новые технологии. Чем дольше копытные воевали между собой, тем богаче становилась родина наёмников, и тем жаднее был император, издавая новые законы. Чего стоит хотя бы то, что каждый птенец старше четырнадцати лет должен был пройти обучение в военном лагере, чтобы в шестнадцать лет идти отдавать долг родине… на чужой войне?
Стоит ли удивляться, что не всем грифонам, выросшим в мирное время, нравился подобный подход правителя? Однако же внутренние волнения подавлялись силой всё той же армии, вооружённой оружием, произведённым на фабриках и заводах Эквестрии и Зебрики…
Но вот война закончилась, принеся поражение всем травоядным, которые слишком сильно увлеклись ненавистью друг к другу. Империя наёмников же, резко потеряв источник золота и продовольствия, внезапно обнаружила, что воинов нужно кормить, а то ведь они могут поднять оружие и против своего государства, забирая «лишнее» у тех, кто всё время сидели в роскошных дворцах, при этом пожиная плоды кровавых трудов своих соплеменников.
Против кого можно бросить хорошо обученную и вооружённую армию, десятки лет закаливаемую в горниле жестокой войны? Анклав пегасов стал почти идеальной целью (лучше могло бы быть, только если бы у крылатых пони не было техномагической брони и «хищников»). Они и на наземные поселения пытались нападать, но после того как поражённые радиацией воины стали гибнуть десятками, от этой практики до лучших времён решили отказаться.
И вот теперь, летя через облачный покров, которым крылатые пони отгородились от агонизирующего мира, дюжина охотников готовилась к бою. Синее небо, освещённое ярким солнцем (поднявшимся без помощи принцесс), тишина и прохлада не могли их обмануть, усыпляя бдительность и притупляя инстинкты, отточенные во множестве подобных операций. Им даже не нужны были новомодные магические датчики, позволяющие обнаружить врага, находящегося вне поля зрения.
— Атака! — воскликнул один из наблюдателей сверху, а в следующую секунду небо прорезали вспышки энергетического оружия.
Только вот грифонов уже не было на прежнем месте: сложив крылья, они стали камнем падать вниз…
— Триста второй — трёхсотому: цель не поражена, — отчитался один из подчинённых.
— Сам вижу, — досадливо рыкнул молодой командир. — Трёхсотый — всем: начинаем преследование! Они не должны уйти…
Построившиеся клином пегасы нырнули через облачную завесу, планируя расстрелять крылатых хищников сразу по выходу из пелены, однако же едва они оказались на открытом пространстве, как десять грифонов выстрелили из сетемётов. От большинства снарядов они уклонились, парочку даже сбили ответными выстрелами, но троим пони не повезло: раскрывшиеся «паутины» зацепили их броню, тут же передавая довольно мощный ЭМИ-заряд…
…
На круглом столе, вокруг которого стояли двенадцать кресел, была расположена подробная карта Эквестрии и её окрестностей. Сам зал совещания, созданный целиком при помощи магии пегасов, представлял из себя круглое помещение с куполовидной крышей, через отверстия в которой падали двенадцать лучей света.
Облачный материал, представляющий из себя белые пузырьки, твёрдые, словно лёд, но при этом вовсе не холодные и довольно прочные, несмотря на тонкость стенок, подчёркивал аскетичность обстановки, вместе с тем обеспечивая неплохую защиту и звукоизоляцию. Впрочем, весь Дворец Анклава Эквестрии был возведён из этого материала, пусть в других помещениях стены украшали гобелены и картины, витражи из цветного стекла и мозаики, а в комнатах и коридорах стояли дорогая мебель, предметы искусства, самая совершенная электроника.
— …Мы должны принять меры, — стукнул по краю стола правым передним копытом пегас, чья шерсть отливала цветом красного кирпича, яростным взглядом зелёных глаз обводя присутствующих. — Грифоны обломали когти при открытом нападении, но теперь малыми группами вырезают наших пограничников.
— Не ты единственный страдаешь от их налётов, — фыркнула сиреневая пегаска с оранжевой гривой, лениво разглядывая броню на своих передних ногах. — Перестань отправлять в дозор новичков, которые едва успели опериться, и твои потери сразу уменьшатся, а то и вовсе на «нет» сойдут.
— Ты предлагаешь нам терпеть подобную наглость от каких-то… бандитов? — словно бы не веря своим ушам, спросил командующий десятого сектора территорий Анклава. — Это…
От возмущения жеребец даже начал раздувать ноздри, шумно пыхтя.
— В общем-то Паровоз прав, — вклинилась в спор белая пегаска с красной гривой, не упустившая возможность подшутить над слишком вспыльчивым коллегой. — Если спустить грифонам с лап эти нападения, то они в итоге обнаглеют, и мы взвоем по-настоящему. А ведь у нас и без этого проблем достаточно.