Вот наконец дроны добрались до нужного помещения в подземельях, активировали механизм поднятия маскировочной крышки, и один из них устремился в тёмный зев лестницы, освещая себе путь башенным фонариком. Только вот едва он оказался в самом низу, в прямом коридоре, в конце коего расположена гермодверь-шестерёнка, как открылся люк в потолке, откуда высунулась двухствольная турель, пип-бак пикнул о появлении красного маркера, а затем раздались звуки выстрелов.
«Похоже, у кого-то в стойле нервы шалят. Что же, придётся идти долгим путём», — потеряв связь с юнитом, приступаю к составлению отчётов для министерских кобыл и основательницы «Стойл-Тек».
Оставшиеся разведчики, как и квадрокоптеры, были переведены в энергосберегающий режим.
…
— Внимание! Внимание! Говорит Эквестрийская Служба Спасения! Жители Кантерлота, пострадавшие от воздействия розового тумана, проследуйте к спасательным дронам для дальнейшей эвакуации в безопасное место, где вам будут оказаны психологическая поддержка и медицинская помощь! Повторяю…
Два дрона и самоходка, на которую были погружены катушки кабелей, встали на одной из площадей столицы Эквестрии неподалёку от фонтана, всё ещё бьющего вверх струями грязно-розовой воды. Рядом с ними были установлены плакаты с символами Министерства Мира, Министерства Магии и Министерства Военных Технологий. К сожалению, сам я не догадался взять с собой подобные рисунки, из-за чего изображения были нанесены на найденные в пригороде листы бумаги, в результате их качество оставляет желать лучшего.
Пип-баки показывают, что среди домов, да и в самих зданиях, уже столпилось около дюжины «жёлтых», пять «красных» и один «зелёный» гуль. Однако же на контакт они идти не спешат, вместо этого просто наблюдая, иногда отправляя кого-нибудь в глубь города за пределы зоны охвата сканеров.
«Что же, ориентироваться на цветовые маркеры теперь можно с сильной осторожностью: два диких гуля, обозначенные зелёным, которые мирно прошли мимо шестилапов, вовсе проигнорировав их существование, доказывают это. Да и те, кто вроде бы являются прямой угрозой, вместе с нейтральными отметками пока что не предприняли ничего опасного», — отправив подробный отчёт Мыслителю, чтобы не только мои мыслительные процессы вокруг этой темы крутились, переключаюсь на третьего дрона.
После того, как мы убедились в эффективности методики проникновения роботов в Кантерлот, к разведчикам была отправлена телега с дополнительными кабелями. Только вот тихо и мирно добраться до дворца им не позволило то, что на границе тактической карты начали мелькать разноцветные точки. В результате того, что я попытался вывести своих марионеток на курс движения «зелёных» отметок, столица подкинула парочку новых вопросов.
Двое пони-единорогов, одетых в деловые костюмы с явными признаками гулефикации, а также полным отсутствием следов интеллекта, продемонстрировали удивительное безразличие к шестилапам. Впрочем, ранее мной уже отмечались случаи, когда одичавшие представители понижизни игнорировали механических солдат.
«Может ли это быть признаком обучаемости? Или же таким образом проявляется дальнейшая деградация?» — загрузив поисками ответа на эти вопросы Целителя, исключаю их из личного списка обдумывания.
Тем временем последний дрон пусть медленно, но вполне уверенно добрался до дворцовой площади, утопающей в более или менее разрежённых розовых облаках, благодаря чему камера смогла зафиксировать сам дворец, возвышающийся на краю обрыва нагромождением башен и куполов. Шестилапу осталась самая малость: добраться до ворот, миновать парк и войти в главные двери резиденции принцесс.
Проблема в том, что и за этим роботом следят: жёлтая и красная точки отображаются на тактической карте в районе крыш жилых домов, мимо которых разведчик прошёл пару минут назад. Учитывая же, что они стали преследовать дрона почти сразу после того как он отделился от остальной группы, можно сделать вывод, что данные гули являются пегасами.
«А ведь они не проваливаются в бетон или асфальт, как тот полицейский. Может ли быть, что после завершения трансформации, если пони не становится скелетом, то приобретает иммунитет к воздействию облака? В таком случае, с тем земнопони я сильно перестраховался. Но, всё равно, нужны более весомые доказательства, нежели мои догадки», — отдав приказ шестилапу идти к воротам дворцового парка, продолжаю внимательно следить за двумя отметками, вовсе переставшими двигаться с места.
Таймер показывает, что скоро небо потемнеет, из-за чего камера станет ещё менее эффективным средством сбора информации, но до тех пор мы можем использовать её на полную, заставляя башенку крутиться, как заведённую. В объектив же то и дело попадают костяки, где-то облепленные одеждой, где-то частично погрузившиеся в камень; рядом с фонтаном в виде аликорна стоит поблёкшая позолоченная карета, запряжённая одним скелетом, рядом с коим лежат ремни от порванной сбруи (можно предположить, что второй извозчик стал гулем и освободился, как смог); рядом с самыми воротами среди грязных тряпок и каких-то украшений обнаружились полтора десятка маленьких скелетов единорогов, земнопони и пегасов, рядом с коими лежал более крупный и судя по деформации костей — немолодой жеребец.
«Школьная экскурсия; предположительно — третий класс», — промелькнула мысль в процессоре, сухой констатацией факта оседая в архивах.
Решётчатые позолоченные ворота оказались закрыты, но в них обнаружилась открытая калитка, которую охранял гвардеец в тёмно-фиолетовой парадной броне. Рядом с ним обнаружилась масса размокшей бумаги, которая когда-то была то ли газетами, то ли рекламными буклетами…
Разведчик миновал ворота и вошёл в парк, через который шла широкая, когда-то белая дорога, ведущая к ступенькам у входа во дворец. Справа и слева застыли деревья с тощими кривыми ветвями, облезлыми стволами, выпирающими из земли узловатыми корнями. Паутина грунтовых дорожек, по которым раньше водили экскурсии от статуи и до статуи, от фонтана к фонтану, заплыла грязью, став малоотличимой от остальной почвы. И конечно же, облака вездесущего розового тумана укутывали всё окружающее пространство, куда бы не повернул объектив камеры дрон.