…
Ей было страшно и… одиноко (сколь бы ироничным это ни казалось). Эйфория, испытываемая в первые… дни? Недели? Месяцы? Годы?.. Эйфория, дарованная ощущением собственного всемогущества, прошла, оставив после себя горькое послевкусие и разочарование (какой смысл иметь силу, достаточную для поднятия заклинивших бронестворок «вкопытную», если не можешь сдвинуться ни на сантиметр?).
В самом большом помещении комплекса, где хранили чаны с зельем вынужденной трансформации (ЗВТ), было темно… или светло? Она не могла ответить на этот вопрос, так как зрением в привычном понимании этого слова больше не обладала: оптическое восприятие информации ей заменял тактильный эффект телекинеза, при помощи которого единороги, даже закрыв глаза, могут ловко орудовать ложкой и вилкой, не боясь порезаться.
А ещё с ней всегда были голоса, одни из которых требовали, другие — обвиняли, третьи — плакали и просили… Они не понимали, что происходит; не хотели понимать; не хотели верить ей, с упорством цепляясь за свои иллюзии. Лишь близняшки-единорожки, Гештальт и Мозаика, начали подавать признаки осознанности, но до того момента, как с ними можно будет хотя бы поговорить, по всем расчётам должно было пройти много времени.
«Времени? Что такое — время?» — задумавшись над этим, она выпала из реальности…
Когда всё началось? Скорее всего это был тот день, когда одна в меру скромная фокусница пришла в провинциальный городок, находящийся недалеко от Кантерлота, чтобы показать своё неповторимое шоу восторженной толпе. И всё было бы хорошо, так как начавшие шуметь кобылы оказались показательно побеждены, а имеющая реальные знания и силы единорожка (оказавшаяся ученицей принцессы Селестии…) предпочла не вмешиваться, не решившись вступиться за подруг, но…
«Пони-фактор всё испортил», — промелькнула на грани сознания горестная мысль.
Два жеребёнка, проникнувшись историями своего кумира, сбежали в Вечнодикий Лес и умудрились не только найти, но и привести Малого Урсу в свой городок, чтобы фокусница его победила (а учитывая, что свой героизм в рассказах она приукрасила, в прошлый раз воспользовавшись ловушкой в виде моста над ущельем, который обрушила при помощи магии, исход был закономерен). В результате буйства зверя и собственной беспомощности волшебница лишилась своего фургончика и была изгнана с позором, радуясь уже тому, что её хотя бы не избили бывшие воздыхатели…
«Нет. Всё началось ещё раньше», — поправила себя Великая и Могучая… и очень, очень одинокая пони.
Тогда она ещё была наивной и верила, что в больших городах пони столь же дружелюбны, как и в её родной деревеньке. Ей казалось, что в Мэйнхеттене, славящемся высоким уровнем достатка и культуры, будет легко и просто получить признание, а может быть, и устроиться в настоящий театр! Только вот реальность оказалась куда более жестокой, несколько раз к ряду потоптавшись на молодой единорожке, сломив её и выпнув прочь из мегаполиса, оставив на душе кучу грязных следов.
Обида, чувство несправедливости, ущемлённая гордость и другие чувства постепенно перековались в гордыню, самолюбие, эгоизм и даже жестокость. Когда добрая кобылка, дарящая смеющимся над её трюками жеребятам конфеты, превратилась в высокомерную дрянь, наслаждающуюся унижениями других наравне с восхищением, направленным в свой адрес? Одно можно сказать точно — это произошло задолго до визита в Понивилль.
Она пыталась изменить свою жизнь: построила новый фургончик, дала несколько выступлений… но слава обманщицы и слабачки бежала впереди неё, сводя на нет все усилия. За это стоило поблагодарить телеграфы и радио, благодаря которым новости разносились куда быстрее, чем пони идёт по дороге.
Последней, в какой-то степени даже отчаянной попыткой вернуть всё назад стал визит в Кантерлот: столица Эквестрии всегда являлась прибежищем высокомерных снобов всех мастей, которые плевать хотели на слухи из провинциальных городков. Даже наоборот — слухи о чуть ли не злодейке, которую только попустительством стражи ещё не бросили в самую тёмную камеру тюрьмы, послужили прекрасной рекламой. Откуда же вообще взялись такие обвинения? Просто пони, пересказывавшие слова друга, который слышал от друга друга, нередко всё приукрашивают, а факт участия в истории самой Твайлайт Спаркл придавал ей популярность.
«Как же: героиня, победившая злодейку, натравившую на Понивилль Большую Урсу», — с застарелой обидой подумала одинокая пони, стараясь не слушать гомон голосов, от которого невозможно было укрыться или убежать…
Новое амплуа непонятой обществом злодейки, которая остаётся доброй и ранимой в душе… вызвало отклик в сердцах пони. Подтверждением успеха стало то, что бродячую артистку пригласили на прослушивание в столичный театр!..
Но жизнь вновь показала, что она как зебра: за каждой белой полоской следует чёрная, а в конце ждёт полный круп. Вот и в этот раз, дожидаясь своего прослушивания, фокусница решила пройтись по магазинам старьёвщиков, где обычно присматривала вещи для своего реквизита, а иногда и учебники по разным школам магии.
«Проклятый Амулет Аликорна… Почему он выбрал меня, а не хозяина лавки?» — вспышка злости отразилась во внешний мир волной телекинеза, из-за которой вздрогнули стены, а с потолка посыпался разный мусор, вынудив ставить защитный барьер над своим… вроде бы телом.
Амулет Аликорна — магический усилитель с подвохом: он действительно давал своему владельцу силу, но одновременно с этим — снимал все моральные ограничители. Странствующая фокусница спустя уже десять минут после того, как надела это украшение, ощущала себя словно бы пьяной, при этом отлично контролировала магию и речь. Ну и кроме того, артефакт разжигал негативные эмоции, вытаскивая из глубин разума самые плохие воспоминания. Так что если бы её не остановили в Понивилле, то следующим на очереди стал бы Мэйнхеттен, где без многочисленных жертв вряд ли обошлось бы.
Возможно, если бы у волшебницы была чистая репутация, то после того, как её избавили от Амулета Аликорна, дело ограничилось бы принудительным лечением и штрафом за нанесённые городку разрушения, ну, и компенсацию за моральный ущерб пони пришлось бы выплатить. Однако же суд, беря во внимание случай с Малой Урсой, не был снисходителен, так что вместо больничной палаты с понимающими санитарами её отправили в камеру к настоящим преступницам…