«Приветствую вас. Я — Крусейдер, глава Эквестрийской Службы Спасения. Назовите себя, либо каким-то иным образом покажите, что вы меня понимаете и готовы к взаимодействию», — поставив последнюю точку, робот отступил на пару шагов и замер в ожидании.
Трикси прочитала надпись… Она прочитала текст ещё раз… Фокусница в третий раз перечитала короткое послание, а затем…
— И-И-И-ИЕ-Е-ЕЙ!!! — подпрыгнув на месте, проекция волшебницы и не заметила того, что замерла на высоте нескольких метров в воздухе, после чего начала крутиться вокруг своей оси со словами: — Трикси не бросили! Трикси не забыли! Трикси спасут!..
Сколько времени она радовалась, было неясно, но к тому моменту, когда разум возобладал над эмоциями, Крусейдер (или тот, кто им управлял), продолжал стоять на месте. Фокусница попыталась тут же что-то нацарапать на земле, но копытце легко погрузилось в твердь, не сдвинув её ни на миллиметр, что заставило досадливо поморщиться. Впрочем, выход нашёлся тут же: от бака с ЗВТ в сторону выхода из комплекса протянулось щупальце, по пути схватившее какую-то палку.
Вскоре своеобразная конечность высунулась из здания и начала чертить прямо на земле, оставляя не слишком ровные, но читаемые буквы…
«Я — Беатрикс Луламун. Помогите мне, пожалуйста».
Завершив последний символ, волшебница стала ждать хоть какого-то ответа, внимательно следя за роботом. В её разуме же начали крутиться мысли на тему — можно ли доверять роботам, и что она будет делать, если они потребуют убрать барьер? Ведь пусть ей и было тяжело существовать такой… но она боялась умереть окончательно.
«Всё хорошо, Трикси. Не пугай себя раньше времени. Ты ведь сильная… Великая и Могучая… Пусть они сначала докажут, что пришли с миром. Да-да, Трикси, пусть они докажут…» — хор голосов стал чуточку сильнее, нарушая концентрацию, из-за чего мысли начали путаться.
Вновь момент, когда робот стал двигаться, ускользнул от внимания фокусницы. Впрочем, её это не сильно расстроило, лишь заставив посильнее сконцентрироваться.
«Мисс Твайлайт Спаркл просит вас описать ситуацию как можно более подробно: мы готовы оказать вам всю посильную помощь, но сперва должны понять, что именно от нас требуется», — начертил на земле искусственный пони, снова отходя от барьера.
Несколько мгновений на осознание, а затем Трикси буквально вспыхнула: известие о том, что Твайлайт Спаркл жива, вызвало в её душе бурю эмоций. Однако же за пределы зала, где хранилось ЗВТ, проявление её чувств не вырвалось, так что ни роботы, ни другое оборудование не пострадали. Лишь бывшая единорожка, сама не понимая своей реакции, начала с ожесточением рыхлить землю палкой…
«Передай Твайлайт Спаркл, что если она хочет получить мой отчёт, то пусть явится сама и спросит. Как положено делать начальнику», — только дописав, фокусница осознала, что это звучит слишком… агрессивно, и не желая спугнуть первого за долгое время разумного собеседника, поспешила затереть слова (только вот робот думал быстрее).
Железный палец, погружаясь в почву на полсантиметра, оставил новое сообщение:
«Мисс Луламун, ввиду повышенного радиационного фона мы — ЭСС — не можем допустить подобного действия со стороны мисс Твайлайт Спаркл. Вместо этого, если вас подобное устроит, мы пришлём сотрудника организации, для которого радиационный фон не несёт смертельной угрозы. Согласны ли вы на это?».
Трикси задумалась, попытавшись осознать прочитанное. Она знала об угрозе радиации, но вот представить пони, способного её игнорировать…
«Они пришлют дракона? Или же… аликорна? Они сумели доделать ЗВТ где-то ещё? Без меня… Без Трикси…» — шум чужих голосов стал ещё немного громче, а на душе словно кошки заскреблись.
Если бы могла, фокусница расплакалась бы прямо на месте, но её состояние не подразумевало подобной возможности. Хотя… задумавшись о том, как реализовать эффект слёз, волшебница пришла к выводу, что могла бы при помощи щупалец принести несколько капель зелья.
«О чём я думаю?! Пусть ведут своего специального агента: даже если это дракон. Трикси ничего не боится. Слышите?!».
…
В зале горел свет, играла бодрая музыка, за столами сидели жеребцы и кобылки, играющие в настольные игры, либо просто общающиеся на разные темы. Большинство из них были одеты в яркие кофты с капюшонами, мешковатые штаны, а некоторые носили ещё и очки с затемнёнными стёклами или даже полумаски, скрывающие неприглядное состояние шёрстки на мордочках.
«Сахарный Уголок», как и когда-то в прошлом, кипел жизнью… очень необычной жизнью. Впрочем, в нынешних условиях вряд ли могло быть иначе.
— Недавно видели стаю мантикор, — произнёс бледно-жёлтый единорог в синей кофте с зеркальными очками. — Говорят, что они уже всю живность в Вечнодиком сожрали, вот и шныряют…
— Да откуда ты знаешь? — зелёная пегаска в красном свитере с высоким воротником и вязаной шапочке с лыжными очками уставилась на собеседника с явным недоверием. — Да и если так — нам-то что?
— А кому их отлавливать придётся? — жеребец самодовольно хмыкнул.
— Дронам? — изобразив задумчивость, предположила летунья. — Уж явно — не тебе.
— Да ты… Да я… — возмущённо открывая и закрывая рот, единорог махнул на собеседницу левой передней ногой. — Ты ничего не понимаешь.
— Куда уж мне, — фыркнула крылатая гуль. — Я ведь просто разведчица и курьер.
«Так его, подруга!» — мысленно поддержала напарницу Дитзи, уже второй час сидящая за угловым столиком, неспешно цедя подкрашенную соком водичку (от которой отчётливо тянуло радиацией).
Внезапно ногу с пип-баком начало потряхивать, из-за чего содержимое стакана попало не в рот, а вылилось на одежду. Командир курьерской службы Понивилля недовольно поморщилась, отставила сосуд на столешницу, провела копытцем по влажному пятну… а затем всё же взглянула на экран устройства.