— Что скажешь, дорогуша: готова рискнуть собой ради спасения мира? — нарушила молчание белая единорожка, лежащая в постели с подключённой капельницей.
— Я… — Дитзи зажмурилась, напряглась, и наконец произнесла: — Я сделаю всё, что в моих силах!
— Вот и славно, — тепло улыбнулась Рарити. — Добро пожаловать в команду, дорогуша.
<p>
</p>
Примечание к части
Всем добра и здоровья.
<p>
<a name="TOC_id20312146"></a></p>
<a name="TOC_id20312148"></a>Подготовка машины
В полумраке лаборатории, где по потолку на наспех закреплённых рельсах передвигались счетверённые манипуляторы, похожие на трёхпалые металлические руки, вспыхнули жёлтыми огоньками глазницы шлема, своей формой повторяющего чуть увеличенную голову пони. Из динамика, встроенного в нижнюю челюсть, раздалось шипение и кряхтение, ноги киборга несколько раз дёрнулись в креплениях, металлические крылья распахнулись, сверкнув острыми гранями широких полотен.
— С пробуждением, капитан Лаенхарт, — произношу через динамик шестилапа, как раз в этот момент вошедшего в поле охвата объективов глазных камер гуля. — Вы меня понимаете?
— Где я? Что происходит?.. Крусейдер, это твоих лап дело?! — мозг жеребца, сигналы с которого снимают специальные высокочувствительные датчики, начал отчаянно подавать сигналы конечностям, по поступившему от меня приказу ушедшим в режим ожидания. — Что всё это значит?..
«Объект контролирует себя. Терапия, разработанная в Мэйнхеттенском госпитале и направленная на восстановление функций мозговой ткани, сработала. По крайней мере, подопытный не стал диким или зацикленным, что после запекания в драконьем пламени очень хорошо», — составив краткий отчёт своих наблюдений, подкреплённый данными с оборудования, внедрённого в механическое тело киборга, отправляю его Целителю и Мыслителю, чтобы они выдали выжимку информации докторам-гулям.
— Что последнее вы помните, Лаенхарт? — данный вопрос мне действительно интересен, так как раньше мне не доводилось работать с представителями понижизни в его положении.
— Что помню… — голос из динамика шлема ночного гвардейца стал задумчивым, а спустя несколько секунд он ответил, по всей видимости всё же решив сотрудничать с тем, в чьих стальных манипуляторах находится его жизнь: — Тьму и тишину… Много тьмы и тишины, в которых не было ни проблеска света, ни самого тихого звука… Лишь мои собственные мысли и воспоминания, которые путались и перемешивались, временами замещая друг друга. Из-за этого я не уверен, что происходящее сейчас — реальность, а не очередная игра моего воображения. А до этого была схватка с драконом и пламя, которое должно было меня сжечь… Это ты хотел услышать? Удовлетворён?
— Полностью, — отвечаю собеседнику ровным тоном, мигнув башенной лампочкой дрона-разведчика.
«Значит, он был в сознании всё это время? Ну, или часть этого времени. При этом, будучи запертым в собственном разуме, он не сошёл с ума… Во всяком случае, Лаенхарт не стал более безумным, чем был. Что в этом сыграло большую роль: воля, природа существования, терапия?» — если бы я мог, то почесал бы затылок (хотя, как говорилось в анекдоте из моей прошлой жизни, умные люди чешут лоб), но вместо этого лишь отправляю дополнение к своим наблюдениям в общий архив моих подпрограмм.
— Твоя очередь отвечать, Крусейдер, — констатировал бэтпони, сумевший взять под контроль функции своей головы… к которым у него есть доступ.
— Мы находимся на одной из вспомогательных роботизированных баз ЭСС, обустроенных в пригороде Мэйнхэттена, — решив вознаградить собеседника за сотрудничество, монотонным голосом начинаю повествовать о минувших событиях: — Операция по взятию под наш контроль Разбитого Копыта прошла успешно, однако же дракон успел нанести некоторый ущерб объединённым силам ЭСС и Кантерлота. Первое время после операции все считали вас погибшим, но более глубокое обследование показало, что мозг и некоторые внутренние органы продолжают функционировать и даже восстанавливаются, пусть и медленно. Мной было принято решение не оповещать об этом других пони, а взяться за реабилитацию и восстановление боеспособности лично…
— Благодаря этому я не могу даже ногой пошевелить? — вспылил ночной гвардеец, от чего жёлтое сияние глаз стало ярче.
— Это временные неудобства, — отдав команду шестилапу, заставляю его поднять правую переднюю конечность в указующем жесте. — Ваши конечности, как и тело в общем, были слишком сильно повреждены драконьим огнём, в котором имеется собственная магия. Как вы знаете, именно это делает данное пламя настолько опасным, а нанесённые им ожоги — трудноподдающимися исцелению. Даже регенерация кантерлотских гулей спасовала перед воздействием драконьего огня… и нам ещё повезло, что головной и спинной мозг не были задеты.
— Я охвостеть как рад, — съязвил Лаенхарт. — Если бы мог, то станцевал бы…
— Скоро сможете, — пообещал я, приказав дрону опустить конечность на пол. — Однако же сперва вам придётся воспользоваться виртуальной обучающей программой, чтобы ознакомиться со всеми новыми возможностями, после чего придётся привыкать к управлению протезами уже в реальном мире. Мне продолжать рассказ?
— Да, — после непродолжительной паузы, во время которой мозговая активность заметно усилилась, отозвался мой подопытный.
«Он стал спокойнее. Это не может не радовать», — отметив сей факт, коротко описываю недавние события, сколь-нибудь важные в глобальном плане.
— Значит… вы всё же добрались до останков принцессы, — после того, как мой монолог оборвался, произнёс бэтпони, после чего добавил: — И спасли ещё одну министерскую кобылу.
— Предварительное обследование останков принцессы Луны показало, что её корона имеет характерный специфический магический фон, — после секундных колебаний всё же решаю поделиться своими мыслями на этот счёт. — Есть высокая вероятность того, что её высочество сумела привязать свою душу к этому объекту. Если же это окажется правдой, то мы сможем если не воскресить, то переместить принцессу в более подходящее вместилище, чтобы она могла взаимодействовать с внешним миром.